С чем у вас чаще всего ассоциируется слово «боец»? Боец ММА и UFC, бокс, ринг, тяжёлые тренировки, Брюс Ли, Арнольд Шварценеггер, защитник слабых, воин-освободитель? Сила воли, честь, долг, преодоление боли, стойкость... Не так ли?
А вы знали, что человека, который занимается профессиональным убоем животных на производстве, также называют «боец» — «боец скота»?
Это официальное название профессии, согласно Единому тарифно-квалификационному справочнику работ и профессий рабочих (ЕТКС). Именно это наименование используется в трудовых книжках на мясокомбинатах и бойнях.
Если представить себе тех, с кем сражается боец – противник на ринге или враг-злодей в боевике, то в ситуации с бойней образ «врага» в виде телят, овечек и цыплят, безропотно идущих на заклание, заставляет глубоко задуматься об этическом парадоксе нашего утилитарного мира.
В основе бойца на ринге лежит древний архетип воина. Его уважают, потому что он участвует в симметричном поединке. Оба участника ринга:
1. Дали осознанное согласие.
2. Имеют равные шансы на победу и защиту.
3. Рискуют собой ради славы, денег или преодоления себя.
«Боец скота» действует в условиях абсолютной асимметрии. Здесь нет борьбы — есть технологический процесс. Жертва не давала согласия, она не может ответить или сбежать. В этом контексте слово «боец» звучит как горькая ирония или эвфемизм, маскирующий рутину убоя под «сражение», которого на самом деле нет. С этической точки зрения, называть это «боем» — значит подменять понятия, ведь бой подразумевает сопротивление...
Но не спешите обвинять работников боен – мы имеем дело с философией отчуждения и «грязной работой» всего общества (деконструкция стыда).
Французский социолог Кристоф Дежур исследовал психологию работников боен и пришел к выводу, что они используют мощные механизмы психологической защиты (огрубение, цинизм), чтобы не сойти с ума.
Здесь возникает коллективное лицемерие общества: большинство людей употребляют мясо, но не хотят знать, как оно попадает на стол.
Общество делегирует насилие «бойцу скота», а затем его же и осуждает.
Стыд в данном случае принадлежит не конкретному рабочему, а всему социуму, который хочет пользоваться результатом (мясом), но презирает инструмент (человека с ножом).
Всем совершенно понятно, что нет боя там, где у одной из сторон отнято право не то что на победу, но даже на побег. Это казнь. Называть это "боем" — значит прятать конвейерное убийство беззащитных за фасадом доблести и чести. Но всё это - лишь протянутая рука общества, которая делает то, о чем остальные предпочитают не думать, садясь за обеденный стол.
- Знали ли вы до того, как начали работать, что там забивают стельных коров?
- Нет, я об этом не знал. Когда я в первый раз столкнулся с такой ситуацией, я решил, что тут какая-то ошибка. Я позвал начальника,
он спросил, в чем дело. Я ему сказал: «Вы что, не видите телёнка?». Он ответил, что все в порядке. Телёнка бросили в один контейнер, плаценту – в другой. Я был в шоке.
Лиможская бойня в центре скандала, 2016