Центр защиты прав животных «ВИТА»
Главная страница / Home    Карта сайта / Map    Контакты / Contacts


RUS        ENG
РАЗВЛЕЧЕНИЯ ЭКСПЕРИМЕНТЫ ВЕГЕТАРИАНСТВО МЕХ СОБАКИ и КОШКИ ГУМАННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
Видео Фото Книги Листовки Закон НОВОСТИ О нас Как помочь? Вестник СМИ Ссылки ФОРУМ Контакты

О нас
Наши принципы
Часто задаваемые вопросы
Как нам помочь?
Волонтерский отдел
Условия использования информации
Как подать заявление в полицию
Вестник Виты
Цитаты
Календарь
Форум
Контакты



ПОИСК НА САЙТЕ:

БИОЭТИКА - почтой


ПОДПИСКА НА НОВОСТИ "ВИТЫ" | RSS
Имя:
E-mail:
yandex-money
№ нашего кошелька: 41001212449697
webmoney
№ нашего кошелька: 263761031012

youtube   youtube   vkontakte   facebook Instagram
     

 

 Что Вы всегда хотели знать об опытах на животных
Взгляд за кулисы

Корина Герике

© Gericke C. Was Sie Schon immer uber Tierversuche wissen wollten. Ein Blick hinter die Kulissen. 2 Auflage. Gottingen: Echo Verlag, 2011. - 128 S.

© Перевод на русский язык: Анна Кюрегян, Центр защиты прав животных "ВИТА", 2012-2013.

01

Данные и факты
Сколько подопытных животных используется ежегодно
Защищает ли животных зоозащитное законодательство?
Сколько стоят опыты на животных, и кто их финансирует?
Почему проводятся опыты на животных?
Можно ли вообще без опытов на животных разрабатывать новые лекарства?
Запрещены ли опыты на животных в косметике?

Что Вы всегда хотели знать об исследованиях на животных
80 актуальных вопросов, 80 четких ответов
Обоснованно, объективно, четко
Наглядное разделение на 5 глав
Незаменимая основа для дискуссии об опытах на животных
Подходит в качестве пособия при написании школьного реферата, как справочник для защитника животных и просто для всех, кто хочет получить подробную информацию

Книга "Что Вы всегда хотели знать об исследованиях на животных"
- положит конец большому количеству дезинформации
- опровергает идею, что без опытов на животных нет жизни
- предлагает убедительные аргументы
- не оставляет открытых вопросов


Содержание

Вступительное слово автора ко второму изданию
Предисловие
Вступление к первому изданию

Уточнение

Общие сведения
Опыты на животных и этика
Медицина
Косметика, бытовая химия, военные эксперименты, образование, ветеринарная медицина
Будущее
Источники
Об авторах
Благодарность


Вступительное слово автора ко второму изданию

Со времени выхода первого издания прошло 5 лет. 5 лет, за которые многое изменилось. Имеются новшества на законодательном уровне: вступили в силу распоряжение REACH и директива по опытам на животных ЕС. В Германии (и по всему миру) число экспериментов на животных постоянно растет. Но есть и положительные аспекты. Появилось несколько новых научных исследований, которые ставят под вопрос метод опытов на животных. Все больше расширяются исследования ин витро, без животных. Одновременно есть сверхсовременные микрочипы и высокотехнологичные системы роботов, которые могут невероятно быстро анализировать молекулярные механизмы в отдельных клетках, например, при реакции на добавленную субстанцию. Сегодня ведущие американские институты внедряют подобные инновационные системы вместо опытов на животных из позапрошлого века. Но, невзирая на эти обнадеживающие новшества, миллионы животных по-прежнему умирают в мучительных и бессмысленных экспериментах.
Многие люди считают, что опыты на животных необходимы при поиске новых методов лечения для больных и обеспечении безопасности наших продуктов. Но верно обратное. Опыты на животных не только не приносят пользы, но и вредят. Они создают иллюзию отсутствующей безопасности. И они завели медицину в тупик. Денег тратится огромное количество, но прорыва в лечении таких заболеваний как рак, инсульт, болезнь Альцгеймера и Паркинсона все нет. Животным с помощью грубых методов копируют симптомы человеческих болезней. Потом, если их удается "вылечить", это отмечается как успех. А затем наступает негодование: почему в случае с человеком то же не выходит. Все совершенно логично: искусственно вызванная болезнь у животных не имеют никакой связи с положением дел при человеческом заболевании. Есть только один способ выбраться из этого тупика: отменить опыты на животных.
Эта книга призвана внести вклад в развенчание до сих пор распространенного мифа о том, что опыты на животных необходимы. Чтобы встретить во всеоружии заявления тех, кто получает прибыль через опыты на животных, надо владеть информацией. Поэтому, чтобы вывести на новейший уровень даты и факты, мы переработали и актуализировали второе издание нашей книги.

Доктор ветеринарной медицины Корина Герике, Брауншвейг
5 января 2011

Предисловие

Когда гениального математика, философа и политика, величайшего европейского пацифиста XX века и неутомимого борца за лучший мир лауреата Нобелевской премии за 1950 год лорда Бертрана Расселла (Bertrand Russell, 1872-1970) спросили незадолго до смерти, прожил ли он достойную жизнь, он ответил, что не может сказать. Ибо это зависит от того, принесет ли его многолетняя работа против возможной атомной войны результаты или нет. Это решится лишь после его смерти, и он при жизни не мог ответить на этот логичный вопрос. Такой ответ человека, прожившего достойную жизнь, сначала может показаться странным, потому что Рассел связывает смысл своей политической деятельности с тем, что произойдет лишь после его смерти или, может быть, не произойдет.
Авторы этой книги Корина Герике и Астрид Рейнке еще далеки от того жизненного этапа, на котором находился лорд Рассел в момент интервью, но при чтении настоящего, второго издания их книги, мне сразу же приходят в голову его слова. Оба ученых не посвятили не только свою профессиональную деятельность, но и практически всю свою жизнь борьбе против экспериментов на животных и продолжают заниматься этим, будучи в составе организации "Врачи против опытов на животных". И они действуют в соответствии с принципом лорда Расселла: достойная жизнь зависит не от хорошего самочувствия (гедонизма), а от стремления к этическим целям, например, препятствовать дальнейшему ядерному вооружению.
В этой книге можно найти убедительные аргументы в пользу этических действий: уменьшение предотвратимых страданий в мире. Таким образом, осмысленность имеет не только профессиональная деятельность авторов: читатели тоже находят здесь доводы в пользу продуманного ориентирования своей жизни, стремления к тому, чтобы все опыты на животных были отменены, хоть этой цели нельзя достичь быстро, и на пути к ней вновь и вновь приходится сталкиваться с неудачами. Что касается будущего, я убежден, что когда-нибудь люди должны отказаться от опытов на животных, благодаря проникновению в суть дела либо из соображений этики отношения к ближнему.
За пять лет после появления предыдущего варианта этой книги практически во все известные научные специальные словари вошло два понятия, причем с разными формами этики отношения к животным уже долгое время имеют дело именно крупные, традиционные философские словари. Речь идет о понятиях "спесишизм", или "видовая дискриминация" (Ричард Д.Райдер, 1970) и "патоцентрическая этика", которые долго не были известны в научных дисциплинах и в политических дискуссиях на тему вивисекции, особенно в немецкоязычных странах.
В ходе многочисленных дискуссий перед аудиторией, конференций, семинаров, политических дискуссий, посвященных опытам на животных, оппоненты зоозащитников утверждали, что слово "спесишизм" следовало бы как следует разъяснить, разобрать по буквам. Такая скурпулезность может вызвать отрицательную реакцию, но, как это часто случается в истории науки, новые понятия конкретизируют дискуссию и, таким образом, облегчают ее.
Одновременно удалось добиться того, что несоблюдение равенства применительно к живым существам, обладающих такими же интересами, исключительно исходя из их принадлежности к другому виду, получило название спесишизм, по аналогии с комплексами стереотипов, такими как расизм, национал-шовинизм и сексизм. Эта новая идея убрала основу из-под антропоцентрического самоуверенного эгоизма и следующего из него наделения себя привилегиями, мнимого морального превосходства.
Запрет на причинение вреда и боли животным, на их убийство соответствует основному принципу патоцентрической этики, согласно которой, существенными моральными критериями являются чувствительность и способность страдать, а не возможные различия в умственных способностях. Кроме того, вопрос статуса животных, которому уделяют больше внимания - если слова вообще имеют смысл - не дает низводить их до измерительных инструментов и склада запасных органов.
Всем живым существам по праву принадлежит жизнь, соответствующая их потребностям. Их инструментализация и превращение в подопытных животных нарушает базовое моральное право на необходимое внимание. Это право на внимание есть обращение ко всем, кто может внести вклад в его обеспечение. С помощью данного императива настоящая книга призвана мобилизовать моральные ресурсы.
С точки зрения эволюции понятно, почему мы покровительствуем представителям своего собственного вида, но это не имеет оправданий с точки зрения этики. Мы, люди, исказили восприятие, но ситуацию можно изменить через ознакомление с фактами, например, с этой книгой. В ее втором издании авторы помогают нам и всем будущим читателям разглядеть столь распространенное антропоморфное мировоззрение экспериментаторов, их фатальные стратегии иммунизации и успешно встретить их.

Профессор доктор Вольфганг Карновски, Дортмунд
Январь 2011

Профессор доктор юриспруденции Вольфганг Карновски (Wolfgang Karnowsky), в прошлом судья окружного суда Дортмунда, преподает право в Высшем профессиональном училище Дортмунда будущим социальным работникам и социальным педагогам. С 1986 по 1990 был членом Федеральной комиссии по защите животных (в соответствии с параграфом 16 b, абзацем 1 Закона о защите животных) при Федеральном министерстве сельского хозяйства, он входил туда в качестве специалиста по юридическим вопросам защиты животных, в том числе по вопросам и проблемам тогда новой Комиссии по подопытным животным (параграф 15, абзац 1 Закона о защите животных, известен как "Комиссия по этике").

Вступление к первому изданию

Когда в конце лета 2005 года после чудовищного урагана в Мексиканском заливе людей эвакуировали с помощью вертолетов и надувных лодок, некоторые из них отказывались спасаться без своих домашних животных, хотя они стояли по шею в воде. Вместе с тем, спасатели четко следовали инструкции "Никаких животных". Вот так по миру разошлись фотографии отчаявшейся женщины, которая осталась у себя дома с собакой. Другие спасатели приходили специально для того, чтобы искать оставленных животных, что позже вызвало язвительные комментарии немецких тележурналистов. Жертвы катастрофы возвращались назад, чтобы забрать своих животных, и власти им вновь это запретили. Здесь столкнулись лицом к лицу совершенно разные пути восприятия и переживания: тут животное как член семьи, существо, имеющее право на жизнь (формулировка президента Гуманного общества США), там тысячи домашних любимцев, которые были оставлены, подобно старой мебели, или же их пришлось оставить ("Frankfurter Rundschau" от 7 сентября 2005 г.)
Подобное различное отношение к животным также стало поводом для написания этой важной книги: в то время как для одной части людей опыты на животных есть проявление страшного насилия (Махатма Ганди - "Вивисекция: страшнейшее преступление"), для других они приемлемы, ибо животное в их глазах не имеет ценности, и их можно использовать как измерительный инструмент или обрекать дома на голодную смерть.
Историки показали, каким долгим и сложным был путь, прежде чем на смену древним жестоким формам обращения с детьми (умышленное убийство, жертвоприношение, оставление без помощи) пришло хотя бы частично понимание того, что дети нуждаются в защите (см. например, Б.Ллойд де Маузе "Услышьте плач детей - психогенетическая история детства", 1977). В истории человечества были и до сих пор есть очень разные уровни развития эмпатии и чуткости. Люди, не хотевшие бросать на произвол судьбы своих животных, и ехавшие в район катастрофы, чтобы помочь животным, представляют прогрессивную человечества, подобно родителям и учителям более ранних времен, которые старались воспитывать детей не через обычное насилие, а с любовью.
Эта нужная книга также являет собой довод в пользу того, что развитие человечества продолжается, что сострадание и чуткость не ограничиваются и не должны ограничиваться отношениями между людьми, что боль и страдания у человека и животных сходны, будь то животные, брошенные на произвол судьбы, пушные звери, поставщики протеина в промышленном животноводстве ил подопытные животные - о последних пойдет речь в нашей книге.
Вот почему это неправильно обращаться с животными так, будто бы этого сходства нет. Справедливость требует к равному относиться равным образом. Существа, чувствующие боль, имеют право на такое обращение, при котором бы учитывалась их способность страдать.
Вот почему недопустимо, чтобы людям приходила в голову мысль о чувствительности животных. Признание законности опытов на животных начинается с большой лжи: Декарт, сам проводивший жестокие опыты, утвердил разделение на разумных и вещных существ, а животных отнес к последним. Как он сам писал, отнесение животных к машинам должно облегчить совесть людей. И эта позиция была принята с благодарностью: право сильнейшего превратилось в разрешение на убийство (и мучения) с философским обоснованием.
Аргументация Декарта показывает - и такое положение вещей сохраняется сегодня - что в споре об опытах на животных у их сторонников отсутствует принципиально важная предпосылка для любой дискуссии: стремление к честности. В этом отношении важно, что книга указывает на неверные идеи, будто бы экспериментаторы очень страдают из-за мучений животных.
Другие, более поздние философы тоже пропустили мимо ушей крики животных. Мне хотелось бы изменить известное выражение и сказать: философы не смогли вытереть кровь, они всего лишь интерпретировали ее по-разному. Остается неприятное красно-коричневое пятно, и никакое научное изобретение не может его стереть. И никакие красивые слова якобы свободной от предпосылок" науки не смогут заглушить крики животных о помощи.
Во время предвыборной гонки 2005 года часто говорилось о низком уровне заработной платы, упадке культуры и бедственном положении школ, которое выявило тестирование PISA. Эта книга представляет собой вклад в этику, которая на примере недостаточного уважения к жизни и отсутствии внимания к слабейшим членам общества, животным, показывает, что ее фундамент - благоговение перед жизнью. Мы не должны быть страной с низким уровнем этики!
Этика, принимающая во внимание только людей, - это не этика. Это право сильнейшего, право кулака. Кто видит только один вид (речь идет о биологическом понятии), тот находится под воздействием предрассудков, как расист, сексист, шовинист и даже фанатик-террорист, для которого имеет значение только его собственная воображаемая многогранная картинка. Сегодня на многочисленных мероприятиях опять вспоминают Нью-Йорк 11 сентября 2001 года, но не добираются до истоков проблемы: на протяжении истории у человечества нет сострадания к боли и мучениям тех, кто способен их испытывать, у него отсутствует благоговение перед жизнью. Здесь кроется цепь аргументов: идея "это всего лишь животные" служит фундаментом для отрицательной этики. Отсюда начинается жестокость. Та безымянная женщина из Нового Орлеана не утратила чувствительности и действительно проявила сострадание. Кто видит фотографии из лабораторий и сохраняет толику эмпатии, тот испытывает шок и стыд из-за своей принадлежности к биологическому виду "человек разумный". Как я представляю себе ад? Вместо котлов - облицованное кафелем помещение с поддерживаемым климатом, стерильные перчатки, медицинские маски, скальпели, электроды, шприцы и резиновые сапоги, забрызганные кровью. В книге речь идет и об этом.
Непосредственная основа нашей книги - эмпатия и одновременно (это не противоречие) наука в истинном смысле.
Животным равнодушно причиняются страдания якобы для избавления от них людей. Еще 25 лет назад (в 1980 году) известный мюнхенский философ Роберт Спаерманн (Robert Spaermann) выступал против всех опытов на животных, опережая время: "То, что происходит сегодня с миллионами подопытных животных, должно быть запрещено, так как это несовместимо с уважающим себя правовым обществом. Умышленное превращение жизни в одну непрерывную муку и немое отчаяние - это преступление. Что вообще надо делать для борьбы с преступлениями"? Данная книга продолжает эту формулировку. К сожалению, существует мало тем, где аргументы столь же бездейственны, ибо те, кто утратил чувство ужаса перед преступлениями против беззащитных, не желает помогать.
Каждое существо, способное страдать, имеет право на должную для своего вида жизнь. Поэтому каждая строчка это книги направлена на защиту всех подопытных животных. По этой же причине защита животных, наконец, стала государственной целью, прописанной в Конституции Германии (статья 20 Конституции с 2002 года).
Животные - не вещи, они должны быть субъектами права. Их понижение до уровня измерительных инструментов, как в случае опытов, и пренебрежительное отношение к их способности страдать, неприемлемо для консерваторов, христиан, мусульман и иудеев, социалистов, атеистов и всей других людей доброй воли.
Нижеследующие вопросы являются пограничными знакам в борьбе за права животных и их признании. А развернутые ответы в этой книге выполняют роль придорожных столбов на пути к установлению прав животных, которые представляют собой закономерное продолжение освободительных движений Нового времен, например, отказ от рабства, борьба против притеснения женщин, жестокого обращения с детьми, колониализма и апартеида. Наш 21 век не должен закончиться ситуацией, когда большая часть животных проваливается в большие дыры закона о защите животных, а люди - каждый день испытывают благодарность за то, что появились на этой земле не животными.
Не развенчанные ответы сторонников вивисекции ежегодно становятся могильной плитой для свыше двух миллионов животных в одной только Германии. Читатели по ознакомлении с этой книгой узнают, что медицинский прогресс возможен. Он приемлем с этической точки зрения, если его можно достигнуть без причинения страданий.

Профессор доктор юридических наук Вольфганг Карновски, Дортмунд
11 сентября 2005



Уточнение

Эта книга задумана как справочник, и, чтобы ее понять, ее необязательно читать с начала до конца. Каждый вопрос представляет собой законченную главу (и при необходимости сопровождается ссылками на смежные или дополняющие темы). Поэтому в ряде случаев оказывалось необходимо по нескольку раз привести некоторые аспекты и факты.
Использовавшиеся медикаменты относятся к известным торговым маркам.

Общие сведения

1. В каких областях проводятся опыты на животных?
Исследования на животных проводятся прежде всего при разработке лекарственных препаратов и в университетах. Также они практикуются в химической и косметической индустрии и при проверке вакцин. Согласно официальной статистике1, за последние несколько лет фундаментальные исследования в Университетах и Институтах Макса Планка (Max Planck) составляют большую часть опытов на животных. В 2009 году эта цифра равнялась 33%. На исследования в области медицины и ветеринарии в том же году пришлось 22% животных, на проверку токсичности химических веществ и медикаментов - 7%.
Таким образом, можно вывести аксиому: все, с чем человек соприкасается, все, что он берет, использует или потребляет, было тем или иным путем тестировано на животных. Но эта проверка ни в коем случае не обеспечивает обещанной надежности для потребителя. Регулярные катастрофы, причинами которых становятся химические вещества или медикаменты, свидетельствуют о том, что опыты на животных не гарантируют нам безопасность.
Многие исследования на животных, особенно в области фундаментальной науки, носят чисто академический характер и не имеют даже отдаленного отношения к людям. Эксперименты, при которых скворцам и совам в череп вставляют электроды для изменения мозговых волн, служат исключительно удовлетворению научного любопытства.

2. Сколько животных в год используется для опытов?
С 1 января 1989 года, в соответствии с распоряжением об учете лабораторных животных, существует законодательно утвержденный учет животных. Федеральное министерство защиты потребителей, питания и сельского хозяйства1 с тех пор ежегодно публикует соответствующую статистику. Сначала этот показатель сократился с 2,6 миллионов в 1989 году до 1,5 миллионов в 1997. В дальнейшем он опять увеличился. В 2009 году было использовано 2,79 миллионов лабораторных животных. Рост числа животных связан прежде всего с генной инженерией. В 2009 году в исследованиях было использовано 607816 трансгенных животных - им встроили неприсущий их виду ген. Этот показатель примерно на 70 тыс. больше, чем годом ранее. Для 2007 года этот показатель едва достигает 500 тыс. Но это отнюдь не все животные, которые умирают в опытах.

3. Имеются ли данные, не поддающиеся статистическому учету?
Действительное количество животных, использованных в экспериментах, неизвестно, потому что у официальной статистики есть недостатки. "Излишних" животных убивают еще в питомнике; некоторые погибают до эксперимента, из-за плохих условий содержания либо во время транспортировки. Обычно лабораторных животных содержат не в соответствии с их потребностями, а в условиях перенаселения, чтобы иметь наготове определенное число особей нужного вида, возраста и веса. Кроме того, в статистику не входят животные, убитые в ходе студенческих опытов, а также использовавшиеся при создании генетически модифицированных линий. Количество животных, у которых не наблюдается нужных генетических изменений, составляет 90-99%2. Их убивают, и в статистику они не входят. Также не учитываются беспозвоночные животные, такие как змеи, насекомые и ракообразные.

4. Какие виды животных используются в исследованиях?
Таких видов, которые бы не использовались в опытах, практически нет. Большая часть приходится на крыс и мышей (в общей сложности 85%). Причины экспериментирования на грызунах: они удобного размера, выносливые, дешевые, их легко разводить. Наряду с ними в лабораториях используются кошки, собаки, кролики, морские свинки, золотистые хомячки, козы, овцы, свиньи, лошади, коровы, рыбы, а также птицы - прежде всего зяблики, перепела и куры. Иногда жертвами опытов становятся экзотические животные, такие как летучие мыши, сурки или саламандры.

5. Откуда берут животных?
Многие учреждения, занимающиеся экспериментами на животных, такие как фармацевтические предприятия и университеты, сами разводят животных. Другие заказывают их в коммерческих питомниках. Живых животных выставляют на продажу в питомнике так же, как при посылочной торговле по каталогу выбирают книги или одежду. Экспериментаторы могут по интернету или с помощью бумажного каталога подобрать разные виды или породы. Продают даже прооперированных животных, например, крыс с перевязанными кровеносными сосудами или нервами, введенными в организм измерительными приборами или катетерами, с удаленной селезенкой или почкой и т.д. Здесь речь идет даже не о животных, а о "продуктах" и "исследовательских моделях".
Американская лаборатория Джексон (Jackson) предлагает различные линии мышей с измененным генетическим кодом, так что у них развиваются разные болезни, такие как рак, диабет или ожирение.
Самый крупный в мире питомник по разведению лабораторных животных - Чарльз Ривер (Charles River Laboratories), второй по величине - Гарлан Винкельман (Harlan Winkelmann). Это американские фирмы, имеющие филиалы в Германии. Charles River находится в г. Зульцфельд и выращивает мышей, крыс, морских свинок, хомяков, кроликов и рыб. В Harlan Winkelmann (Борхен) разводят собак. Разведение мелких животных, таких как мышей, крыс и морских свинок, там прекратили в 2008 году.
Обезьян привозят в основном из таких стран как Индонезия, Филиппины и Маврикий. Там их разводят на экспорт. Животных-производителей обычно отлавливают в дикой природе. Сам по себе отлов и содержание в клетках - это уже пытка для животных. Потом животные погибают при транспортировке в лаборатории разных стран мира. Для торговцев животные - не более чем товар.

6. Проводятся ли опыты на животных без обезболивания?
Никто не сомневается в том, что, например, операции в нормальных условиях проходят под наркозом. Однако еще до обезболивания животных подвергают страшным манипуляциям, от которых они страдают. Им невозможно объяснить происходящее. После пробуждения животные страдают от последствий вмешательства. Например, крысы, которых под наркозом ошпаривали кипящей водой, потом испытывали боль в течение 33 дней3. У биглей вызывают воспаление десен вокруг вставленного имплантата. В последующие недели это приводило к разрушению челюстной кости4. Овцам разрубают ноги, а затем снова соединяют. После операции за ними наблюдают в течение 84 дней5. Мышам под наркозом делают отверстие в слепой кишке, так что содержимое кишечника вытекает из него в брюшную полость. В последующие дни животные умирают от мучительного перитонита, скорость их смерти зависит от количества и величины проколов6.
Большинство опытов проходят вообще без наркоза, например, все токсикологические исследования. Сюда относятся эксперименты, в ходе которых животных отравляют более или менее медленно. Печальную известность имеет тест ЛД-50: дозу увеличивают до тех пор, пока 50% животных не умрут. Эксперименты, в которых у животных вызывают рак или эпилептические припадки с помощью токсичных веществ и ударов электротоком соответственно, проводятся без обезболивания. Наркоз не применяется и при инфицировании животных, а также в болевых исследованиях и при изучении ревматизма.

7. Как содержат животных?
Условия содержания животных в лаборатории создаются исходя из гигиенических и практических соображений. Они не соответствуют потребностям вида. Собак чаще всего держат в бетонных или решетчатых стойлах без выгула. Большинство из них не знают человеческой ласки и социальных контактов, свойственных виду. Здесь не выполняются повседневные поведенческие потребности, такие как исследование и мечение территории, использование высокоразвитого обоняния, рытье ям и просто бег.
Обезьян часто держат в маленьких решетчатых клетках, где отсутствует какая-либо возможность действий. Для активных и чувствительных животных такие условия - это пытка. У них развиваются серьезные нарушения поведения, например, так называемые стереотипные движения, вроде вращения, раскачивания из стороны в сторону и битья об стену.
Кролики волочат жалкое существование в маленьких стерильных клетках с перфорированным полом. В них можно разве что повернуться.
Содержание крыс и мышей напоминает склад винтов или деталей машин. Животные находятся в маленьких пластиковых коробках с проволочными крышками, они располагаются, как выдвижные ящики, на больших стеллажах, друг над другом и друг около друга. Это относится к так называемой стандартизации. Таким способом пробуют поддерживать постоянные характеристики животных и среды их обитания, чтобы получить воспроизводимые и сравнимые результаты7. Содержание в противоестественных условиях, при отсутствии внешних стимулов в достаточном количестве, ведет к тому, что у умных и подвижных грызунов развиваются нарушения поведения. Джозеф Гарнер (Joseph Garner) из Университета Калифорнии (г. Дэвис) выяснил, что стереотипное поведение служит признаком серьезных повреждений головного мозга: "Эксперименты в стандартизированных условиях в целом дают мало информации о мышах, не говоря уж о людях, которые, как известно, живут в очень разнообразной среде"8.
В последние годы из-за растущих сомнений по поводу монотонности условий содержания в некоторых лабораториях производится "обогащение" мышиных клеток с помощью стандартизированного материала для гнезд. Эта "меблировка" клеток вызывает в среде экспериментаторов серьезные споры. Противники обогащения боятся искажения результатов вследствие большей изменчивости и, соответственно, утраты их научной значимости9. Если результаты опытов изменяются всего лишь из-за катушек или сучков, то их актуальность применительно к людям становится еще более сомнительной.
Наконец, с точки зрения защиты животных проблему нельзя решить через помещение в клетку нескольких предметов. Ибо в клетке невозможно обеспечить возможность двигаться так, как это присуще тому или иному виду, исследовать территорию, а также нормальный распорядок дня.

8. Может быть, многие исследования на животных причиняют животным даже меньше боли, чем маленький укол?
Животных травят, ошпаривают, топят, подвергают генным манипуляциям, оглушают, калечат, делают зависимыми от наркотиков, им распиливают лапы, наносят удары электротоком, у них вызывают рак, ревматизм и другие мучительные болезни. При такой жестокости неудивительно, что индустрия экспериментирования на животных хочет нам внушить, что в исследованиях на животных нет ничего плохого. Тем не менее, они всегда означают страдания, муки, боль, страх и стресс для животных. Мучения лабораторных животных начинаются задолго до начала исследований, а именно при разведении, продаже, транспортировке и обращении с ними.
Научные исследования показывают, что даже организм мыши отвечает целым рядом реакций лишь на простое поднятие животного вверх. В крови растет уровень гормонов стресса, учащается пульс, повышается кровяное давление. Эти симптомы наблюдаются в течение часа после подъема. Что касается постоянных вмешательств, таких как забор крови или принудительное кормление через зонд, животные реагируют на них стрессом и паникой. Из-за сильного стресса у животных ослабевает иммунная защита организма. Результаты с самого начала не имеют смысла10.
Даже, казалось бы, безобидная инъекция означает для животного боль и страдания. А то, что за ней идет, оказывается значительно хуже. Шприц может содержать возбудителей болезни, раковые клетки или ядовитые вещества. Соответственно, ее последствия для каждого животного мучительны.
Когда кто-то пытается низвести безмерные мучения животных в лабораториях до "маленькой инъекции", это можно объяснить лишь высшей степенью огрубления. Согласно одному из исследований, большинство экспериментаторов недооценивают страдания животных. В бланках допуска к исследованиям на животных они указывают "отсутствие боли" либо "незначительная боль", хотя животным предстоит испытать страшную боль. На языке исследований это называется, две трети экспериментаторов занижают степень болезненности эксперимента и ни один ее не завышает11.

"Кто не может слышать воплей жертвы, видеть ее дрожь, тому - при нахождении за пределами видимости и слышимости - безразличны их вопли и дрожь: он, быть может, имеет нервы, но не сердце". Берта фон Зутнер (Bertha von Suttner, 1843-1914), писатель, лауреат Нобелевской премии мира 1905 года

9. Что происходит с животными после опытов?
В конце эксперимента практически всех животных убивают. Особенно это касается мышей и крыс, с которыми обращаются как с изделиями разового пользования. Иногда, прежде чем убить животное, его используют несколько раз. Обезьяны часто проходят одни и те же страшные опыты в течение нескольких лет. "Многоразовых" животных также в конце концов убивают.
В редких, единичных случаях лаборатории передают собак и других животных частным лицам, при этом посредниками оказываются зоозащитные организации. Собаки из лабораторий часто бывают пугливыми. Они не знакомы с травой, листьями, диваном и машиной. Немногочисленные пристроенные собаки не замаскируют того факта, что большинство животных не имеют жизни после лаборатории. Они оказываются в мусорном баке.

10. Распространяется ли зоозащитное законодательство на подопытных животных?
Согласно параграфу 7 Закона о защите животных12, для проведения опыта на животном надо доказать его незаменимость. Кроме того, они допустимы в следующих случаях:
" профилактика, диагностика и лечение заболеваний (…);
" распознание опасностей для окружающей среды;
" проверка веществ или продуктов на опасность для человека или животных либо на эффективность;
" фундаментальные исследования.
С первого взгляда кажется, что опыты на животных ограничены законом и проводятся лишь для определенных целей, где их ничто не может заменить. Но на самом деле для всех них доступны альтернативы. В пункте 3 говорится о тестировании на безопасность абсолютно излишних продуктов. Пункт 4 в конце концов отвечает на все оставшиеся вопросы. Также когда эксперимент служит лишь удовлетворению научного любопытства исследователя без какого-либо практически важного результата или же его карьере, такой опыт может быть признан вкладом в фундаментальную науку. А "незаменимыми" становятся бессмысленные постановки вопроса, например, что произойдет, если золотой рыбке удалить оба глаза или "какова структура мозга подковоносной летучей мыши".
Закон о защите животных разрешает проводить опыты на позвоночных животных, если они этически приемлемы, а результаты "предполагают, что они будут иметь большое значение для удовлетворения существенных потребностей людей или животных, в то числе для решения научных проблем". Законодатели и в этом месте настолько широко раздвинули допустимые рамки для опытов на животных, что, в конечном счете, любой эксперимент разрешается. Формулировка "решение научных проблем" допускает проведение таких исследований, которые никак не связаны с лечением болезней.
Закон о защите животных регламентирует эксперименты, но не препятствует им. Поверхностная переделка законодательства не меняет ситуации. В ноябре 2010 года вступила в силу новая директива ЕС по защите животных используемых в опытах и с другими научными целями, в последующие 2 года она должна быть перенесена в национальное законодательство. Лобби экспериментаторов позаботилось о том, чтобы эта директива не ограничивало и не запрещало вивисекцию ни в какой и областей (больше об этой директиве - в вопросе 15).

11. Что понимают под фундаментальными исследованиями?
В отличие от фармацевтических исследований, фундаментальные не ориентированы на получение прибыли либо практическое применение. Они служат для приумножения общих медицинских и естественнонаучных знаний. Справедливость абстрактных исследовательских интересов признают в лучшем случае в далеком будущем, и никто это не может проверить. Вот пример. Исследователь мозга Крейтер (Kreiter) из Университета Бремена (Universitat Bremen) проводил свои наиболее жестокие исследования на обезьянах в надежде найти способы лечения слепоты или паралича (2004)13. Через несколько лет речь шла об эпилепсии, болезни Паркинсона и параличах (2010)14. В ходе исследований Крейтера обезьян на много часов фиксировали на стуле. Для активных животных одно это уже является пыткой. С помощью жажды их делали более покорными и заставляли выполнять разные задания на компьютере, а их голова в это время была прикреплена к раме. Они получали несколько капель жидкости, только если работали сообща. Им в головной мозг вставляли электроды, чтобы измерять мозговые волны. Часто животных используют в течение многих лет, а эксперименты такого рода проводятся во всем мире десятилетиями. Их до сих пор производят прежде всего ради публикаций в журналах. Польза для человечества не принимается во внимание.
Когда речь идет о фундаментальных исследованиях в области биологии, еще ни разу в поле зрения не попала возможная польза для человека. Например, на берегу Северного моря ловят серебристых чаек, которые в течение шести дней не получают пищи. Цель эксперимента - выяснить, сколько чайки могут голодать15.
В фундаментальных исследованиях наука становится самоцелью. В центре внимания оказываются не лечение и здоровье, а сама наука.

12. Разве лицензирование не перекрывает дорогу тем опытам, которые причиняют вред животным, а также излишним исследованиям?
Закон в защиту животных12 делает разницу между обязательным извещением об эксперименте и разрешением. К экспериментах, о которых необходимо извещать, относятся прежде всего тесты, требуемые по закону, например, токсикологические исследования (в их ходе отравляют большое количество животных), а также проверка вакцин. Иными словами, для проведения этих особенно мучительных опытов экспериментатор должен просто заполнить формуляр.
Для других исследований, прежде всего в области фундаментальной науки и тестирования лекарственных препаратов, требуются разрешение лишь от властей, главным образом от окружного управления. Его советчиком является комиссия по опытам над животными (называемая также комиссией по этическим вопросам). Она на две трети состоит из ученых и только на одну треть из представителей зоозащиты. Многие ученые отстаивают опыты и сами являются экспериментаторами. Равным образом представители зоозащиты могут быть сторонниками вивисекции, потому что понятие "защита животных" не защищено, и существуют заведения, которые якобы защищают животных, а на самом деле отстаивают эксперименты. Поскольку в Комиссии численное большинство принадлежит лобби экспериментаторов, заявки на опыты отклоняются редко. Кроме того, Комиссия имеет совещательный характер. За принятие решения ответственны органы власти.
В своей заявке ученый должен доказать с позиции науки, что исследование необходимо и приемлемо с этической точки зрения, что оно отвечает требованиям науки, и замены ему нет. Но проверить это утверждение бывает невозможно, учитывая, что вероятная польза для человека - дело отдаленного будущего. Экспериментатору также легко дать отрицательный ответ на вопрос о наличии альтернатив. Доступность таких методов следовало бы доказывать Комиссии и органам, дающим разрешение. Для эффективного выполнения этой задачи сотрудники должны были бы обладать специальными знаниями во всех без исключения сферах, а это невозможно. Отсюда следует, что члены Комиссии работают на общественных началах, а вовлеченность в защиту животных у всех очень разная.
Еще критики заслуживает то, что члены комиссии обязаны не разглашать тайну, то есть, порядок лицензирования не повышает прозрачность опытов на животных, которые финансируются в значительной мере налогоплательщиками. Общественность ничего не узнает о неправильных решениях.
Комиссиям порой удается при рассмотрении некоторых заявок занизить число животных или уровень их страдания. В конечном счете, современная практика выдачи разрешений не представляет собой барьера для проведения опытов на животных

13. Где и почему законодательство требует определенные исследования на животных?
Точка зрения, в соответствии с которой животных считают моделью для человека, привела к догме, что каждое лекарство и каждая методика проведения операций должны быть сначала испробованы на животных. В зависимости от его влияния на животных делается вывод, чаще всего необдуманный, о его влиянии на человека. Эта догма нашла отражение в законодательстве по всему миру, в результате, если лекарство, химический препарат или какое-то другое вещество не прошло через примитивную систему тестирования на животных, его не разрешают к применению. Ряд немецких и европейских законов, постановлений и директив предусматривают эксперименты на животных, например, закон о медикаментозных препаратах, закон о химических веществах, закон о продуктах питания, закон о генной инженерии, закон о защите от инфекционных заболеваний, закон о продуктах питания и товарах первой необходимости, закон о защите растений, закон о борьбе с эпизоотиями16. Предписанные законом эксперименты обязательны и не требуют разрешения. Это значит, они не проверяются на допустимость.
Очень абсурдна ситуация, что законодатели всего мира стоят на страже совершенно ненадежных методов, таких как исследования на животных. Но нельзя обойти стороной тот факт, что количество исследований на животных, которые проводятся по предписаниям, из года в год непрерывно падает. В 1991 году на их долю приходилось 35% (около 842 000 животных), в 1995 году - 36% (543 000 животных), а в 2009 году уже 15% (412 000 животных)1. Это связано с все большим введением таких методов, которые не требуют животных.
Например, крема и другие гигиенические средства надо тестировать на возможность причинения вреда коже при инсоляции (на так называемую фототоксичность). Вещества втирают кроликам или морским свинкам в выбритую кожу на спине. Животных помещают в узкие требы, где они не могут двигаться, и подвергают воздействию ультрафиолетового излучения. Еще в 1991 году появились письменные свидетельства об очень плохой переносимости этого теста на человека - всего 40%17. В 1998 году тест с культурой клеток 3T3 NRU стал первым инвитровым методом, который был принят в директивах Организации экономического сотрудничества и развития, и тем самым предписан в качестве обязательного. Ранее проведенное валидационное исследование, ставившее целью проверить эффективность теста 3T3 NRU, свидетельствовало о его большой содержательности (см. также вопрос 75).

"Сейчас есть только два довода для опытов на животных: либо если о них слишком мало знают, либо если на них зарабатывают деньги". Доктор медицины Вернер Хартингер (Werner Hartinger, 1925-2000), первый председатель организации "Врачи против опытов на животных" (Arzte gegen Tierversuche, 1988-2000)


14. Почему бывает так сложно проводить изменения в законодательство?
Законы не падают с неба, они представляют собой результат ожесточенной работы лобби. За исследованиями на животных стоят могущественные интересы. Для них победы в зоозащитном движении равнозначны подкопу. Соответственно, с их стороны идет сопротивление. Давление на правительство этих кругов, заинтересованных в исследованиях на животных, а также университетов, в состоянии смягчить строгие предписания по поводу опытов или даже их законодательный запрет. Когда в 1980-е годы происходило обновление законов о защите животных и предстоял запрет на продажу собак и кошек, полученных из неизвестных источников, а также утверждение комиссий по этике, группы, заинтересованные в исследованиях на животных прогнозировали конец всякому медицинскому прогрессу. На протяжении 12 лет интенсивных кампаний, предшествовавших закреплению прав животных в Конституции, исследователи вновь и вновь угрожали уехать за границу, а также пугали все менее качественным медицинским обслуживанием населения в случае, если защита животных дойдет до уровня конституции. Вместе с тем, медицинской катастрофы, которую экспериментаторы с удовольствием рисовали на стенах, невзирая на усовершенствование законодательства, не произошло (см. также вопрос 16).

15. Что дает новая директива ЕС о подопытных животных?
В ноябре 2010 года в силу вступила полностью переработанная новая директива ЕС в защиту животных, используемых для исследований и с другими научными целями (иными словами, по подопытным животным). В течение двух лет страны-участники должны ввести ее нормы в национальное законодательство. Новая редакция директивы давала замечательную возможность законодательно закрепить хотя бы некоторые ограничения опытов на животных.
Но, невзирая на мобилизацию защитников животных и противников вивисекции, индустрия экспериментаторов смогла отстоять свои интересы. В процессе переговоров между комиссиями ЕС были ослаблены или вовсе вычеркнуты те немногие улучшения, которые содержались в изначальном законопроекте.
В результате можно отметить лишь малое число положительных изменений: директива распространяется на фундаментальные исследования и на образование. Ранее закон касался только промышленных опытов на животных. Также под действие директивы подпадают зародыши млекопитающих на последней трети развития. Прежде всего она означает больше бюрократии, особенно в тех странах ЕС, где до сих пор нет практики разрешения опытов на животных.
Какие новшества появятся в Германии, когда директива войдет в немецкое законодательство? "Нагрузка" на животных классифицируется по степени тяжести и должна приниматься во внимание при соотнесении издержек и пользы (под "издержками" здесь подразумевается вред животному, а под "пользой" - возможное получение знаний или лечение болезней в перспективе". При проведении на нечеловекообразных приматах опытов, которые классифицируются как тяжелые, следует произвести обратную экспертизу, то есть, по завершении проекта оценить, выполнена ли цель исследования. Объединения против экспериментов на животных добились того, чтобы обратная экспертиза проводилась во всех проектах с использованием животных. Таким образом, наконец, появляется возможность проверить, существует ли достойное упоминания соответствие между заявленной и реальной пользой эксперимента. Следует предположить, что у экспериментаторов есть веские основания избегать прозрачности и контроля. Для общественности должны быть открыты резюме всех проектов, которые предусматривают эксперименты на животных.
В остальном новые требования ЕС чем-то хуже, чем немецкое законодательство в защиту животных. В частности, согласно нормам ЕС, разрешение требуется лишь на опыты с градацией "тяжелые", а также на опыты с обезьянами. Немецкое законодательство требует разрешения на все эксперименты, которые не производятся регулярно и не предписаны законом. Методы исследования без животных могут внедряться по усмотрению ЕС и лишь после официального признания - одного их наличия недостаточно. Тем не менее, их признание порой длится годами и даже десятилетиями.
Однако директива обеспечивает некоторое поле для юридических игр, и его можно использовать при движении в том или ином направлении. Организации против опытов на животных делают все возможное, чтобы извлечь из нее все возможное для блага животных.

16. Изменилось ли положение подопытных животных благодаря тому, что их защита была законодательно закреплена Конституцией?
Закрепление защиты животных Конституцией возможно лишь тогда, когда эту идею поддерживает большая часть населения. Она таким образом становится выражением нашего культурного сознания и тех духовных ценностей, которые в широких кругах связывают с защитой животных.
Благодаря тому, что в 2002 году защита животных была объявлена государственной целью, в сентябре 2003 впервые удалось ограничить планы исследований на животных.
Окружное управление Гессена не дало проводить опыты одному из экспериментаторов Марбургского Университета (Universitat Marburg). Речь там шла об исследовании побочных эффектов лекарства, которое было разрешено десятью годами раньше. Предполагалось выяснять на крысах, почему люди, принимающие этот препарат, прибавляют в весе. Окружное управление разрешения не дало, университет обратился в суд. В конце судебного разбирательства Административный суд Гессена принял решение в пользу органа, дающего согласие, и, таким образом, признал за ними право проверять планируемые опыты на животных с научной точки зрения.
То, что шокирует посторонних людей, а именно, что только суд вынужден констатировать само собой разумеющееся, до введения защиты животных в Основной закон являлось общепринятой практикой. Пусть для проведения опытов и надо было подавать заявки и получать согласия, но органы власти не могли запретить никакой эксперимент.
В начале 90-х годов некоторые экспериментаторы обратились в суд, после того, как органы власти отказали им в разрешении на ряд исследований. Суд тогда решил, что проведение опытов допустимо, так как Основной Закон гарантирует научную свободу (статья 5 абзац 3 Конституции), и она не может быть ограничена законодательством в защиту животных.
Иными словами, до сих пор в Конституции научная свобода стоит выше закона в защиту животных. Компетентные органы в случае нарушения зоозащитного законодательства не имели никакой возможности принять решительные меры в рамках их полномочий. Таким образом, закон в защиту животных относят к макулатуре.
Власти и суды до сих пор недостаточно используют конституционное требование защищать животных. Для самих подопытных животных мало что изменилось, но все же включение защиты животных в Конституцию - это важная веха. Благодаря ему, "вольная" экспериментатора на мучения и убийство животных уже не безгранична, по меньшей мере, теоретически.

17. Сколько стоят исследования на животных, и кто их финансирует?
Все мы оплачиваем исследования на животных из своих налогов, независимо от нашего желания, и нас никто об этом не спрашивает. Никто не знает точно, сколько общественных денег от федерального государства, отдельных федеральных земель и ЕС уходит на эксперименты на животных. Статистики по этому поводу нет. Стоимость отдельных экспериментальных проектов четко указывается, и об этом здесь пойдет речь. По всей Германии появляются новые лаборатории для экспериментирования на животных, и они опять же получают финансирование из общественных средств. Вот несколько примеров того, сколько стоит строительство лаборатории: в Эрлангене и Йене 25 миллионов евро, в Майнце 29 миллионов евро, в Вюрцбурге 31 миллион евро18. Эти цифры не включают в себя стоимость их содержания. В 2009 году Немецкое исследовательское общество (Deutsche Forschungsgemeinschaft), которое финансирует опыты на животных в высшей школе, получило сумму в 2,2 миллиарда долларов из бюджетных средств19. В противоположность этому, государственная милостыня на исследования, не требующие животных, составляет примерно 4 миллиона евро.
Мы вносим свой вклад в фармацевтические исследования на животных, когда платим в больничную кассу. В 2008 году оборот средств в немецкой фармацевтической индустрии составил 30,9 миллиарда евро (без вакцин и противозачаточных средств). Расходы на исследования за этот промежуток времени составили около 4,5 миллиардов евро20. В 2009 году в Германии было выделено около 170 миллиардов евро на лечение болезней в рамках обязательного медицинского страхования21. С 1991 по 2005 расходы на лекарства в больничных кассах возросли примерно на 60%:, хотя количество назначений за этот промежуток времени снизилось примерно на 40%22.
Из-за односторонней ориентации на экспериментальную медицину, которая уделяет внимания причинам современных болезней, наше общество вынуждено из года в год тратить огромные средства. В Германии 30% всех затрат на болезни приходится на лечение заболеваний, связанных с неправильным питанием. На них ежегодно уходит более 70 миллиардов евро23. Последствия курения обходятся государству еще в 75-85 миллиардов евро24. Кроме того, предотвратимые болезни цивилизации и преждевременная потеря работоспособности людьми причиняют вред народному хозяйству.
Около 90% лекарств оказывают нужный эффект лишь на 30-50% пациентов25. Иными словами, большая часть медикаментов не действует на большую часть больных. Многие пациенты не принимают выписанных врачом лекарств. Но неэффективные и неиспользованные лекарства тоже дебетуют больничную кассу. Побочные эффекты от многих лекарств опять же требуют врачебной помощи, и это увеличивает поступления в систему здравоохранения. Основной задачей современной медицины стала не борьба с причиной предотвратимых заболеваний, а их лечение, зачастую безуспешное.
Профессор доктор Фридрих Шварц (Friedrich Schwartz) из Медицинского Университета Ганновера (Medizinische Hochschule Hannover) настоятельно требует заняться предотвращением болезней26. Он упрекает больничные кассы в том, что они не вкладывают и половины разрешенных по закону средств в профилактику. Вместе с тем, экономические интересы идут вразрез с профилактикой. 95% средств зарабатываются на больных людях, а не на здоровых26. Современная профилактическая медицина вообще не получает финансирования на длительный срок. На профилактике болезней можно было бы сэкономить огромные суммы.

18. Чем отличаются люди и животные?
У человека и животного много различий в строении тела, функционировании органов, обмене веществ, питании, психике и образе жизни. Но и отдельные виды животных сильно различаются. Следовательно, разные виды животных по-разному реагируют на химические вещества и медикаменты. Например, кошки переносят болеутоляющие средства гораздо хуже, чем собаки, потому что у кошек печень расщепляет их медленно. Обычная дозировка от дерматомикоза для морской свинки вдвое больше, чем для лошади, хотя последняя весит в 500 раза больше. Зато морские свинки умирают от ничтожной дозы пенициллина. Кошки переносят пенициллин очень хорошо, но их убивает одно из средств от блох (экс-спот). Что касается остальных средств от блох, собаки и кошки переносят их одинаково хорошо, но не кролики (фронтлайн).
То же самое происходит у животных и человека. Что для человека опасно, может не причинять среда животному, и наоборот. Поэтому результаты исследований на животных нельзя с уверенностью переносить на людей. Только после дополнительной проверки субстанции на человеке можно делать вывод, будет ли оно на человека действовать так же, как на животное, или противоположным образом.
Например, аспирин, разработанный более 100 лет назад, при сегодняшних стандартах не был бы допущен на рынок, потому что он вызывает повреждения плода у собак, кошек, обезьян, мышей и крыс. Проблемы с выпуском на рынок возникли бы и со смертельным для морских свинок пенициллином, а также с фенобарбиталом, средством, применяющемся при эпилепсии, которое вызывает у крыс рак печени. Контерган (талидомид), получивший печальную известность в связи с тем, что он вызвал уродства примерно у 10 тыс. людей во всем мире не оказывал данного побочного действия на крыс, мышей и многих других видов животных. Крысам и мышам для заболевания раком требуется в 300 раз большая доза асбеста, чем людям.
Никакие исследования на животных не могут человека в достаточной мере защитить от воздействия вредных веществ. Они создают ложную уверенность, для которой на самом деле нет оснований. В большинстве случаев симптомы человеческой болезни у подопытных животных возникают не естественным путем и не спонтанно: их создают с помощью оперативного вмешательства, облучения или манипуляций с генами. Эти синдромы, созданные экспериментатором, не имеют ничего общего с человеческой болезнью, в основе которой лежат прежде всего физические, социальные факторы, питание и окружающая среда. При исследованиях на животных невозможно скопировать многочисленные условия, ведущие к возникновению болезни у человека.

19. Как на экспериментальной модели имитируются болезни человека?
Даже здоровые люди и животные сильно отличаются друг от друга. Поскольку большинство человеческих болезней не возникают у подопытных животных естественным путем, их создают искусственно. Для имитации ревматизма крысам вводят в суставы химические вещества или бактерии, и из-за этого появляется воспаление. Эпилепсию вызывают с помощью введения химических веществ или ударов тока в головной мозг. У крыс вызывают инсульт путем введения ниток в артерии мозга. Крысам же с помощью инъекций токсинов разрушают клетки, вырабатывающие инулин в поджелудочной железе, и таким образом моделируют диабет. Рак у мышей вызывают через инъекцию раковых клеток. Вместе с тем, животным предварительно ослабляют иммунную систему, чтобы она не отталкивала чужеродные клетки. Другой способ вызывания рака заключается в манипуляциях с генами. У "онкомышей" рак развивается автоматически. У других животных с помощью генной инженерии создают предрасположенность к диабету, ожирению или повышенному кровяному давлению.
Исследователи придают особое значение стандартизации своих "экспериментальных моделей". Все должно протекать как можно более одинаково, чтобы исследование можно было воспроизвести (см. также вопрос 7). Эти искусственно созданные условия, разумеется, кардинальным образом отличаются от нормальных условий, в которых пребывает человек. На протяжении всей жизни люди подвергаются самым разным воздействиям. В возникновении болезней и их лечении решающую роль играют стресс, психологические и социальные факторы. При экспериментах на животных эти факторы никоим образом не принимаются в расчет.
Некоторые исследователи сами между делом замечают, что они находятся на неправильном пути. Израильские ученые объяснили появление побочных эффектов и неэффективность для человека лекарственных препаратов тем, что проводились опыты на инбредных мышах: "Эти животные имеют единообразный генетический материал, и преимущество данного факта заключается в том, что результаты можно воспроизводить. Но популяции пациентов тоже очень отличаются друг от друга, и это остается без внимания"27. Сьюзан Гринфильд (Susan Greenfield) ведущий фармаколог Оксфордского университета, тоже ставит под сомнение достоверность животных моделей с измененными генами: "Даже в тех случаях, когда у мыши и человека 95% генов общие, генетически измененные модели мало сходны с болезнями, имеющими сложные причины"28.

20. Почему исследования на животных недопустимы, они же помогают людям?
В СМИ вновь и вновь появляются сообщения, что вскоре грядет прорыв в лечении отдельных заболеваний. Эти декларации склоняют нас к мысли, что исследования на животных полезны и необходимы. Но не так все просто. Сначала надо уяснить, что значительная часть результатов экспериментов на животных не печатается и теряется в выдвижном ящике. Экспериментаторы сами решают, публиковать ли результаты. Поэтому дорога прокладывается с помощью манипуляций. О неудачах сообщать не стоит. Но "положительные" результаты раздуваются и преподносятся в СМИ как триумф экспериментов на животных.
На поверхности все выглядит так, как будто существуют только удачные опыты на животных. Однако их положительный исход вовсе не означает, что они принесут какую-то пользу людям. Если удается всего лишь искусственно вызвать на животной модели симптомы какой-то человеческой болезни, это уже считается большим успехом. В качестве примера можно привести ликование по поводу "онкомыши". При этом никого не интересует, поможет ли хоть как-то животное, больное раком, онкологическим пациентам. Такой метод обеспечивает финансирование для исследователей и оправданность дальнейшим опытам, на пути к прорыву.
Научные исследования подтверждают, что эксперименты на животных приносят мало пользы. В одном из них было установлено, что лишь в малой доле опытов удалось достичь поставленной цели. Целью при этом являлось вызывание определенных симптомов, например, воспаление лап у крыс. Они не открывают новых методов лечения. Получение выводов в ходе опытов на животных - это не более чем случайность29.
Другой вопрос представляет собой клиническая применимость результатов исследований на животных. Тщательный анализ британских ученых выявил многочисленные недостатки экспериментальной системы. Результаты, полученные при работе с людьми и животными, кардинально разнятся. Неправильные выводы из экспериментов на животных подвергают опасности пациентов и, кроме того, являются расточительством. Авторы этого исследования требуют перед проведением дальнейших экспериментов строгого контроля за тем, приносят ли опыты на животных хоть какую-то доказуемую пользу30.
И вернемся к вопросу: да, исследования на животных приносят пользу тем, кто за счет них получает прибыль - экспериментаторам, исследовательским институтам, фармацевтической промышленности, разводчикам животным и т.д. Для пациентов же и потребителей они не только не полезны, но еще и опасны.

21. Можно ли переносить на человека результаты опытов на животных?
Проблема переносимости представляет собой один из спорных пунктов для сторонников и противников экспериментов на животных. Сначала нужно провести различие между действием и эффективностью препарата. Химические вещества могут оказывать на человека и животных сходное действие (например, потерю сознания, нарушение функций органов, остановку сердца, паралич, смерть и т.д.). Но другие химические вещества действуют на людей и животных совершенно по-разному. Например, овцы хорошо переносят мышьяк, зато пенициллин убивает морских свинок. Для большинства лабораторных животных метиловый спирт неопасен, но люди от него слепнут, фенобарбитал вызывает у крыс и мышей рак печени, а людей - нет, талидомид неопасен для большей части млекопитающих во время беременности, зато у человека приводит к серьезным дефектам развития. С кортизоном ситуация обстоит противоположным образом, он вызывает у мышей дефекты развития, но не у людей.

Причина, по которой я выступаю против исследований на животных, заключается в том, что они не имеют научной ценности. Результаты экспериментов на животных нельзя перенести на человека, и каждый хороший ученый знает это. Опыты на животных не имеют ценности, ведут к шарлатанству в медицине, а я против шарлатанства и поэтому как ученый выступаю против исследований на животных.
Профессор Роберт С. Мендельсон (Robert S. Mendelsohn), профессор профилактической медицины, Университет Иллинойса (Чикаго), 1986


Невозможно с уверенностью предсказать, окажет ли препарат на человека такое же действие, что и на животное, и наоборот. Нет объективных оснований судить о влиянии лекарства на человека, исходя из опытов на животных. Иными словами, от личных убеждений и веры ученого зависит видение результатов эксперимента, переносить ли их на человека или нет. Но какое это имеет отношение к науке?
Что касается эффективности препарата, здесь различие между людьми и животными гораздо больше, чем при оценке его воздействия. Эффективность препарата связана с ослаблением или полным излечением болезни. Ее причиной служит взаимодействие многочисленных анатомических, психосоматических, генетических, экологических и диетических факторов. Отсюда можно сделать заключение, что при исследованиях на животных оценка лекарства получается очень грубой.
Кроме того, животное не в состоянии сказать, плохо ли ему, есть ли у него головная боль или головокружение, ночные кошмары, нарушение внимания, приступы страха. Оно не может сказать, испытывает ли оно боль, и где. У животных бывает заметная нам реакция, когда они испытывают гораздо более сильную боль, чем люди. Страх и стресс вызывают у подопытного животного индивидуальное выделение гормонов стресса, и оно, со своей стороны, может существенно повлиять на результаты (см. также вопрос 8).
В одном из научных исследований изучался вопрос о переносе результатов опытов на животных в человеческую медицину. С этой целью было проанализировано 16 баварских проектов, которые основывались на работе с животными и 63 публикации по ним. Результат: даже через 10 лет ни один из этих экспериментов не привес ничего нового в лечение людей. Либо ни один из лечебных эффектов невозможно было доказать, либо результаты работы с людьми противоречили результатам, полученным на животных31.
Вследствие трудности переноса вполне может возникнуть ситуация, что по причине побочных эффектов на животных не появится эффективное лекарство, которое люди бы хорошо переносили. Есть опасность того, что многие эффективные и безопасные медикаменты не находят своих потребителей из-за недостоверных опытов на животных. Наоборот, у людей постоянно наблюдаются нежелательные побочные эффекты лекарств, которые не были зафиксированы при экспериментах на животных. 92% потенциальных медикаментозных препаратов, дававших положительный результат при работе с животными, выбраковываются при исследованиях на людях из-ха неэффективности либо нежелательных побочных эффектов32.

22. Но до тех пор, пока нет альтернатив, эксперименты на животных нужно проводить!
Аргумент экспериментаторов "мы проводим исследования на животных, потому что нет альтернатив" неубедителен. Это все равно что ситуация, когда человек идет в магазин купить сковороду и покупает кофеварку, так как сковороды нет в наличии. Каждый поймет, что покупать кофеварку бессмысленно, она не может выполнять функции сковороды. Зато опыты на животных производятся, хотя этим методом невозможно достичь цели - лечение человечески болезней, а также защита людей, животных и окружающей среды от вредных веществ. Такой образ действий нелогичен.
Если имеется альтернатива определенному опыту на животных, ее следует использовать вместо него. Если же еще не существует метода исследования, не требующего животных, его надо искать или же при необходимости выбирать принципиально иной путь (эпидемиология, клинические исследования, профилактика и т.д.). В любом случае проведение исследований на животных неоправданно как с этической, так и с научной позиции.

23. Не рациональнее ли сначала требовать снижения числа опытов на животных, а не полного их запрета?
Требование запретить "излишние" опыты на животных неперспективно, так как ни один ученый или исследователь не согласится с тем, что проводит излишние опыты. Каждый оторванный от реальности эксперимент обосновывают тем, что он служит фундаментальной науке. В фундаментальных исследованиях речь идет о расширении общих знаний, которые, в свою очередь, могут стать основой для дальнейших исследований (см. также вопросы 10 и 11). Если утверждать, что их результаты становятся фрагментами в мозаике наших знаний, то в конечном счете может быть оправдан любой эксперимент на животных. Требуя сокращения количества исследований, мы отрицаем мысль, что эксперименты на животных - это в корне неверный способ получения знаний и, кроме того, неприемлемы с точки зрения морали (см. также вопрос 72).

24. Почему я в этой книге не вижу аргументов за исследования на животных и не могу составить объективную картину?
Исследования на животных и кампании, пропагандирующие их, проводятся в значительной мере за счет налогоплательщиков. Даже противники вивисекции невольно финансируют их своими налогами. Благодаря государственной и индустриальной поддержке экспериментаторы имеют в своем распоряжении финансовые и политические средства, а также СМИ. Их влияние на правительство и общественность огромно. Население оказывается под гнетом однобокой агитации. Противники опытов на животных имеют дело с серьезным оппонентом в лице мощного лобби экспериментаторов. Поэтому в нашей книге мы специально не предоставляем слова той стороне.

25. Разве экспериментаторов нельзя убедить с помощью обоснованных аргументов, что в исследованиях на животных нет нужды?
Как правило, те ученые, которые проводят исследования на животных, не хотят говорить об их отмене и воспринимают организации против вивисекции как нечто, угрожающее их существованию. Такова природа вещей. Точно также работников бойни не убедят научные исследования, где доказывается, что вегетарианское питание снижает риск рака кишечника и сердечно-сосудистых заболеваний. Тут речь идет о крупных деньгах, рабочих местах, огромном государственном финансировании, исследовательских грантах и т.д. Кто сам получает от этого прибыль, тот не откажется добровольно.
Многие экспериментаторы никогда не интересовались ничем, кроме опытов на животных, и поэтому не владеют другими методами исследования. Человек склонен следовать старым привычкам. Чтобы отказаться от исследований на животных, ученый должен был бы признать, что он следовал по неверному пути. Ему пришлось бы стать объектом критики для своих коллег, которые занимаются опытами. Гораздо проще, вместо того, чтобы привносить какие-то изменения, убедить людей, что без исследований на животных мы умрем от страшных болезней. Вивисекция преподносится как единственное спасение, а история учит, что напуганные люди охотно верят в простые решения.

26. Могу ли я посмотреть опыты на животных?
Нет, никому нельзя смотреть эксперименты на животных, хотя они в значительной мере финансируются из наших бюджетных средств. Опыты на животных проводятся за плотно закрытыми дверями. В качестве причины называют коммерческую тайну или защиту лаборатории. Посетители якобы могут занести болезнь или напугать животных. Иногда туда впускаются определенные категории посетителей, например, школьники или журналисты. С помощью таких экскурсий посетителям делают "промывание мозгов". То, что им показывают, ни в коей мере не соответствует реальности. Максимум, что видят посетители, - это несколько веселых мышей в просторной клетке или обезьянок с бананами. Но никто не может присутствовать во время проведения опытов. Экспериментаторы слишком боятся, что посетители в результате станут противниками исследований на животных.
Одна из основных задач, которую ставят перед собой противники вивисекции, - это предать огласке страдания подопытных животных. Часть информации невольно дают сами экспериментаторы. Это происходит в научных журналах, где публикуются результаты исследований. В онлайновом банке данных организации "Врачи против опытов на животных" (www.datenbank-tierversuche.de) зафиксированы тысячи таких описаний исследований из научных журналов.
Кроме того, с правдой об экспериментах на животных нас знакомят свидетельства отщепенцев и тайные съемки, сделанные скрытой камерой. Но о многих исследованиях ничего не известно, потому что их проводили в закрытом порядке. Кроме того, неудачные исследования, разумеется, никто не обнародует (см. вопрос 20).

27. Разве не все лауреаты Нобелевской премии по медицине и физиологии занимались исследованиями на животных?
Возможно, это так, но сей факт не свидетельствует в пользу исследований на животных. Никто не может сказать, удалось бы сделать без экспериментов на животных открытия, получившие Нобелевскую премию. Это всего лишь признак того, насколько сильно метод исследований на животных укоренился в биомедицинской науке, хотя его непригодность доказана. В научном мире, который развивался с конца XIX века и продолжает существовать по сей день, опыты на животных - это пробный камень для всех медицинских знаний. Исследования без использования животных считаются ненаучными. Вот как можно объяснить то, что Нобелевской премии были удостоены главным образом те работы, в основе которых лежат эксперименты на животных (см. также вопросы №29 и 30).

28. А не произойдет ли такого, что в случае запрета исследований на животных у нас экспериментаторы просто уедут за границу, где условия содержания животных еще хуже?
Эмиграция за границу и потеря Германией славы научного центра - это излюбленная угроза ученых; она начинает звучать, как только встает вопрос о малейших совершенствованиях в защите животных. Подобная тактика обороны пресекает в зародыше любую подвижку в сфере зоозащиты. Если бы раньше действовали, в соответствии с этим аргументом, в Германии до сих пор был бы разрешен детский труд и рабство. Экспериментаторы, которые делают такие угрозы, по-видимому, не боятся нарушать немецкий закон, оказавшись за границей. Здесь надо задать вопрос, а нужны ли научному центру в лице Германии исследователи, не скрывающие своей готовности игнорировать достижения демократии.

29. Почему вообще проводятся исследования на животных?
Хотя в прошлом исследования на животных вновь и вновь доказывали свою ненадежность и ненужность, они стали догмой биомедицинской науки XX столетия (см. также вопрос 30). Будущие медики и биологи уже во время учебы должны ставить опыты на органах животных, убитых специально для этой цели, и таким образом входят в мир науки, где исследования на животных являются неотъемлемой частью научного мышления. Кто хочет преуспевать в этом мире, должен иметь список публикаций как минимум на страницу в специализированных журналах. И каждая новая статья влечет за собой дальнейшие опыты на животных. А тот факт, что федеральные земли, государство и разные союзы, вроде Немецкого исследовательского общества, предпочитают оказывать финансовую поддержку вивисекционным проектам, подталкивает к проведению все новых экспериментов. Большое число публикаций сочетается со смутной, очень далекой от реальности надеждой на прорыв в лечении болезней, и это служит почти неиссякаемым источником денег. Напротив, методы, не требующие животных, получают скудную финансовую поддержку.
В промышленности исследования на животных проводятся по другой причине. У потребителей надо сформировать доверие к новым химическим и фармацевтическим продуктам и уверенность в них. Таким образом, исследования на животных выполняют функцию алиби: они создают иллюзию надежности продукта, а в действительности ее нет. Кроме того, исследования на животных обеспечивают юридическую защиту для производителя в случае, если у людей возникнут отрицательные побочные эффекты. Принцип опытов на животных нашел отражение во многих законах, якобы призванных защищать от вредных воздействий людей и окружающую среду. Если они прописаны в законе, их уже трудно отменить. Поэтому новые методы исследования, не требующие животных, получают официальное признание лишь после обширных тестов ("валидации") и лишь в том случае, если их результаты совпадают с соответствующими опытами на животных. Проблема заключается в том, что эксперименты на животных сами никогда не подвергались валидации. Таким образом, новая, более рациональная система оценивается некачественными, устаревшими методами (см. также вопрос 75).
Экспериментаторы, университеты, фармацевтическая и химическая промышленность, лаборатории, разводчики лабораторных животных, фирмы по производству аппаратов для фиксации и других принадлежностей - от исследований на животных получает прибыль разветвленная сеть отраслей. Например, Федеральное министерство образования и науки (Bundesministerium fur Bildung und Forschung) участвует в издании школьной книги по пропаганде химической индустрии, и в ней исследования на животных преподносятся как нечто безобидное. Многие СМИ не критикуют эксперименты на животных, потому что они зависят от рекламы индустрии. Механизм исследований на животных разработал самодинамику: он подобен гигантскому вечному двигателю, который сам себя поддерживает, и после запуска его уже очень трудно остановить.

30. Каким образом опыты на животных могли так укрепиться в науке?
Первые документально подтвержденные опыты на животных восходят к греческому врачу Алкмеону из Кротона (5 в. до нашей эры). Однако для того времени он был исключением, потому что древнегреческая наука основывалась на тщательных клинических наблюдениях за больными людьми и личном опыте врачей.
Отцом вивисекции (дословно: сечение по живому) считается Гален из Пергамона (130-201). Он изучал анатомию и физиологию на живых вскрытых животных, главным образом обезьянах и свиньях, и безоговорочно переносил результаты на человека. Его учение передавалось на протяжении столетий и оказывало катастрофическое влияние на медицину вплоть до позднего средневековья. В частности, считалось, что у женщин есть две матки, одна для мальчиков, другая для девочек, моча выходит непосредственно из полой вены, кровь течет через невидимые поры из правого желудочка сердца в левый, гной полезен, а фрукты вредны.
В Средневековье на пути медицинского прогресса стояло не только неверное учение Галена, но и церковный запрет вскрывать трупы. Вместо того, чтобы изучать анатомию на мертвых людях, использовали живых животных. В дальнейшем путь для самых жестоких исследований на животных проложило учение французского философа Рене Декарта (1596-1650). Из его руководящего принципа "Cogito ergo sum - я думаю, значит, я существую" следовало, что животные это бессознательные и бесчувственные автоматы, обладающие набором рефлексов. Он считал крики животных от боли механическими движениями, вроде лязга машин.
В наши дни эксперименты на животных считаются неотъемлемой частью науки в наибольшей степени из-за французского физиолога Клода Бернара (1813-1878). Он перенес в физиологию (учение о функциях организма) методы исследования, практикующиеся в химии и физике. По его представлению, биологические функции также подчиняются жестким закономерностям. Поэтому он не делал различий между разными видами животных и человеком. По той же самой причине он отвергал клинические исследования и наблюдения у койки больного: эту работу невозможно воспроизвести экспериментальным путем. Эксперименты на животных стали пробным камнем для всех медицинских знаний. Его рвение и работа на основе правильной или неправильной информации, полученной при вскрытии животных, принесли ему много последователей. Вскоре появились источники прибыл, и стали процветать новые отрасли хозяйства, обеспечивающие экспериментаторов животными и орудиями пыток. Правда, уже тогда находились и критики, но они мало влияли на зарождающуюся индустрию исследований на животных.
Учение Бернара до сих пор доминирует в научной картине мира; она признает лишь те результаты, которые воспроизводимы и измеряемы. В рамках данной системы болезни считаются техническими дефектами, а животные - инструментами. Эта старая модель мышления изжила себя.

Опыты на животных и этика

31. Какие существуют этические соображения против экспериментов на животных?
Животные обладают чувствами, могут испытывать радость и страх, страдать от боли, как и мы. Поэтому мучения и смерть животных должны рассматриваться как нечто столь же недопустимое, как и мучения и смерть людей. Животным надо предоставить основополагающее право на защиту от произвола и насилия со стороны человека. Но соблюдение прав животных не означает необходимость одинакового отношения людям и животным во всех аспектах. Например, для животных никакого значения не имеет право на свободный выбор профессии или вероисповедания. У животных есть свои потребности, которые нужно принимать во внимание при соблюдении их прав. Для них на первом месте стоит право на жизнь без страданий и свободу.
При проведении исследований у животных не только отнимают свободу и жизнь; их приравнивают к измерительным инструментам, которые после использования выбрасываются. Вместе с тем, было бы абсурдно полагать, что можно построить здоровье и благополучие человека на костях миллиардов животных. Исследования на животных и приемлемые с этической точки зрения медицина и наука исключают друг друга. Даже если говорить о потенциальной пользе для человека, опыты на животных нельзя считать допустимым методом исследования. Неприемлемый с моральной точки зрения метод не становится приемлемым оттого, что его используют для достижения высокой цели. Иначе можно было бы оправдать болезненные или смертельные опыты на людях. Поистине, уважение к жизни должно быть самым главным требованием, особенно в медицине и науке.

32. Используются ли животные в исследованиях по причине того, что они менее чувствительны, чем люди?
Еще несколько десятилетий назад идея о том, что животные способны страдать и обладают эмоциями, считалась их очеловечиванием и отвергалась. Эта позиция берет начало от французского философа Рене Декарта, который почти 400 лет назад заявлял, что животные - не более чем бесчувственные рефлекторные автоматы, а их крики боли равнозначны лязгу машин (см. также вопрос 30). Но между тем поведенческие исследования доказали неправильность такого представления о животных.
У животных боль выполняет ту же функцию, что и у людей, а именно, предупреждать и вызывать быструю реакцию при опасности. Поведенческие исследования не оставили простора для сомнений по поводу того, что, как минимум, все позвоночные могут испытывать боль, стресс и страх. Кроме того, биологические признаки боли присутствуют также у многих беспозвоночных, прежде всего у ракообразных, таких как омары, а также у головоногих, таких как каракатицы.
Животных все в большей степени считают самостоятельным существам, то есть, обладающими индивидуальными отличительными чертами, чувствами, умом и познавательными способностями, и это значительно превышает простую чувствительность к боли.
О человекообразных обезьянах, китах, дельфинах, слонах, свиньях и серых попугаях известно, что они обладают самосознанием. Они узнают себя в зеркале - такую способность долгое время приписывали только человеку. Также как и использование орудий труда - известно, что оно имеется у разных видов животных, таких как обезьяны, в?роны, выдры и слоны.
Тем не менее, при проведении опытов на животных результаты современных поведенческих исследований совсем не принимаются во внимание. Одно только низведение чувствующих живых существ до "моделей" или "модельных организмов" - экспериментаторы их предпочитают называть так - воскрешают дух Декарта, господствующий и поныне.

33. Могут ли животные ощущать какие-либо страдания, помимо физической боли?
Нет необходимости быть специалистом по поведению, чтобы понимать, что животные обладают сложными чувствами. Каждый, кто хоть раз видел, как страдает собака после отъезда или смерти своего хозяина, кто наблюдал, как горюет мать, когда у нее отбирают детенышей, кто видел наполненные страхом глаза коровы на бойне или сопротивляющуюся изо всех сил обезьянку в руках экспериментатора, однозначно даст утвердительный ответ на этот вопрос. Понятие "страдания" включает в себя не только смерть, но также и страх, стресс, испуг, панику, сильное беспокойство и изнеможение, горе, нездоровье, голод и жажду. У специалистов, изучающих поведение животных, больше нет сомнений в том, что по меньшей мере позвоночные животные испытывают такие же страдания, что и люди.
Даже если мы не знаем, как животные воспринимают самих себя и окружающий мир, способность страдать у них несомненно имеется. Возможно, для животных эксперименты особенно мучительны потому, что они, в отличие от человека, не понимают причинно-следственных связей, а при любой опасности испытывают инстинктивный страх смерти.

34. А как насчет насекомых и других беспозвоночных? Где надо проводить грань?
Обычно черту проводят между людьми и животными. Однако почему ее проводят именно здесь? И существует ли вообще граница? Или же наши обязательства распространяются и на других живых существ, на все формы жизни? Биологическая предпосылка к этому в виде способности чувствовать боль есть у многих беспозвоночных животных. В наибольшей степени данный факт относится к головоногим и ракообразным. Особый статус этих животных даже прописан в немецком законе о защите животных. Согласно нему, необходимо уведомлять власти об исследованиях на каракатицах, спрутах и крабах; для других беспозвоночных этого не требуется. Данный пункт совсем не защищает их, но показывает, что об их способности страдать знают сами законодатели. Сегодня у нас еще очень мало информации о способности многих беспозвоночных испытывать боль. По отношению к ним должен действовать принцип "сомнения - в пользу подсудимого". Жестокое обращение с такими формами жизни неприемлемо.

35. Почему мы беспокоимся по поводу 2 миллионов лабораторных животных, в то время как ежегодно в одной только Германии убивают более 500 миллионов животных (не считая рыбы) для производства мяса, а еще уничтожаются миллиарды вредителей?
Одна несправедливость не может отменить другую. Для каких бы целей ни страдали и умирали животные из года в год и изо дня в день, это не может служить оправданием для мучений и смерти других животных. Аргумент относительно количества животных, погибающих на бойне, или же вредителей в противовес числу подопытных животных с точки зрения этики несущественен, потому что для отдельно взятого животного не имеет значения, разделают ли его участь два или 500 миллионов других животных. Впрочем, защитники животных выступают против их эксплуатации и в этих областях (промышленное животноводство, цирк, зоопарк и т.д.)

36. Если бы исследования на животных были неприемлемы, их бы запретили.
Если что-то разрешено законом, что не означает автоматически, что данное явление морально приемлемо. Детский труд, рабство, притеснение женщин, - все это некогда было разрешено в западном мире. Законы постоянно меняются, но этические воззрения большинства людей часто оказываются очень убогими. Вот почему движение за права животных борется с мощными промышленными интересами, которые занимаются эксплуатацией животных и имеют колоссальное влияние на законодательство.

37. В мире столько бед, разве нет более важной темы, чем опыты на животных?
Защита животных - это лишь часть борьбы против любой жестокости и угнетения, будь то дискриминация различных меньшинств, женщин, детей или животных. Защитники прав животных взывают к ответственности за все живые существа. Насилие и жестокость остаются насилием и жестокостью независимо от того, на кого они направлены. Несправедливость, исходящая от людей имеет много обличий, и каждый, кто борется против нее, делает важное дело. Каков был бы смысл, если бы те немногие, кто вообще готов за что-то бороться, занимались, например, защитой детей, если бы никто не смог оставить этим детям после себя такой мир, в котором можно жить? Человек имеет шанс выжить на этой планете лишь в том случае, если может находиться в гармонии с природой. Опыты на животных этому не способствуют, они по своей сути объявляют войну с природой.
Зато, как сказал Махатма Ганди, "о величии нации и ее моральном прогрессе судят по тому, как относятся к животным".

38. Не имеет ли человек права использовать нижестоящих существ для своих целей?
Часто в научно-популярных трудах эволюция преподносится так, что мы развились из других существ и произошли, например, от обезьян. Эта точки зрения привела к тому, что человека поставили на вершину своего рода природной иерархии. И опять же человек стал "венцом творения", существом, которое может подчинять себе и эксплуатировать всех других животных.
Такое представление об иерархии проходит через всю нашу культуру, хотя оно зиждется на неправильной гипотезе. Наверняка люди и животные имеют общих предков. Но это неверно, что от простейших до человека тянется линия, и, в соответствии с ней, люди являются самыми высокоразвитыми существами. Человек скорее должен изобразить эволюцию как дерево с ветками. Ответвление рыб выделилось примерно 400 миллионов лет назад, а предшественников рептилий - более 280 миллионов лет назад. Около 35 миллионов лет назад появилось ответвление нынешних приматов, а 4 миллиона лет назад началось движение к шимпанзе и человеку. Эти разные пути развития привели к огромному видовому разнообразию и колоссальному различию между видами. То есть, человек не выше и не ниже других живых существ, он всего лишь представляет собой одну из ветвей древа эволюции.
Таким образом, вопреки необоснованным утверждениям о том, что человек это венец творения, он не есть царь всех живых существ, могущий их использовать по своему усмотрению. На самом деле, он просто еще один вид. Часто заявляют, что мы все-таки гораздо более высокоразвиты, чем комар. Конечно, мы обладаем способностями и качествами, которых нет у других видов. Но точно также у других видов есть способности и качества, которых нет у нас. У комаров имеются датчики инфракрасного излучения, с их помощью они могут чувствовать тепловое излучение от живых существ. Мы этого не умеем. Или же паутина: она сплетена из такого тонкого, легкого материала, вместе с тем столь прочна и эластична, а попадают в нее только жертвы, но не сам паук. Человеку с его высокими технологиями еще предстоит изготовить нечто подобное. Или киты, которые умеют общаться друг с другом на сотни километров в морях, верблюды, способные накапливать жидкость и, благодаря этому, сутками обходиться без воды, собаки с их прекрасным нюхом. Разве не получается, что все виды животных самые развитые в своей экологической нише?
Ставя наши, человеческие способности выше тех, которые присущи другим видам, мы искажаем реальность. Это искажение заключается в неправильном толковании нашей роли в истории Вселенной. Кроме того, здесь упускается из виду тот факт, что превосходство человека, ставящее под угрозу существование - наше и всей планеты, в действительности не является превосходством
Точно так же, как мы не имеем права дискриминировать людей другой расы или другого права, мы не должны эксплуатировать животных для своих нужд лишь потому, что они принадлежат к другому виду. Надо с уважением и благоговением относиться к любой жизни.

39. Возможно, это касается эволюции, но не сказано ли в Библии "Владычествуйте над Землей"?
Пожалуй, вряд ли какую-то еще цитату из Библии используют со столь же преступными целями, как эту. С ее помощью оправдывают любую несправедливость человека по отношению к его братьям по планете. Вместе с тем, король, который эксплуатирует своих подданных до предела их возможностей, разрушает их среду обитания, истребляет их, разводит, забивает, ест, мучает до смерти ради мнимой пользы, - это не король, а тиран.

40. Доставляют ли экспериментаторам удовольствие мучения животных?
Мы не думаем, что экспериментаторы обязательно получают удовольствие, мучая животных. Тем не менее, кажется, что люди, работающие в сфере опытов на животных (то есть, также зоотехники, разводчики подопытных животных и т.д.), не могут или не хотят серьезно относиться к боли страху и страданиям животных. Многие экспериментаторы признают это сами - это происходит, например, после того, как они перестают активно заниматься опытами33. Исследование опытов на животных в немецких университетах, показало, что более половины экспериментаторов, которых заставали за работой, недооценивали страдания своих животных34.
Когда исследователи каждый день наблюдают умирающих и страдающих животных или же сами делают им больно, они неизбежно становятся более грубыми. Если бы у экспериментаторов было сострадание к животным, они не смогли бы заниматься своим делом годами и десятилетиями, не испытывая при этом страданий. Согласно одному канадскому исследованию, врачи, занимавшиеся в течение некоторого времени опытами на животных, впоследствии утрачивали способность воспринимать страдания своих пациентов - людей35. Многие исследователи убеждены, что они делают что-то хорошее, а причиняемый животным вред оправдан. Вместе с тем, для каждого отдельно взятого животного, по какой причине его мучают.

41. Должны ли противники исследований на животных действовать последовательно и отказываться от всякого медицинского обслуживания?
Если человек выступает против исследований на животных, он не должен отказываться от лекарств и медицинской помощи. Когда речь идет о питании и косметике, мы имеем возможность отказаться от продуктов, полученных через страдания животных, в случае же с лекарствами, операциями и другими медицинскими вмешательствами подобный выбор полностью или практически отсутствует.
Разумеется, было бы целесообразно хотя бы ради собственного здоровья вести правильный образ жизни и употреблять как можно меньше медикаментов. Например, можно вернуться к природным методам лечения. Но в случае необходимости никого не должно удерживать от использования продукта одно то, что он ранее был протестирован на животных. Цель должна заключаться в отмене экспериментов на животных и появлении лекарств и методов лечения, разработанных без их использования. Но пока их нет, нам приходится жить с тем фактом, что почти все в области медицины было тестировано на животных, и нам не дают выбора.
То, что практически все лекарства проверялись на животных, не свидетельствует о том, что их было бы невозможно получить иначе, хоть так часто утверждают. Наоборот, без опытов медицина, скорее всего, ушла гораздо дальше вперед, потому что из-за неправильных результатов эксперименты тормозят медицинский прогресс. В случае запрета вивисекции на первый план вышли бы методы, не требующие животных, например, работа ин витро, клинические исследования, а также профилактика болезней, и это бы значительно улучшило здоровье людей (см. вопрос 79).

42. Вы предпочтете принести в жертву нескольких крыс или обречь ребенка на смерть?
На этот вопрос невозможно ответить уже потому, что подобного эксперимента вообще нет. Такой прямой связи между исследованиями на животных и спасением человека не существует. Правда с одной стороны мы имеем изначально здоровое животное, и его мучают до смерти. Но это никогда не увенчивается спасением конкретного человека. Напротив, животное умирает лишь ради смутной надежды экспериментатора, убежденного в том, что таким способом он, вероятно, может получить важную информацию для человека. Здесь противопоставляются две совершенно разные ценности, совсем не то, в чем нас так старательно убеждают экспериментаторы. Этот вопрос приписывает противникам опытов на животных враждебность к людям, хотя на самом деле ее нет. Наоборот, мы не хотим отказываться ни от медицины, ни от лекарств; а требуем такого лечебного искусства, которое бы надежными и этичными методами вело к цели - излечению болезней и даже более того - их предотвращению. Поэтому вопрос "спасете ли Вы ребенка или крысу?" не только умышленно неправильно поставлен, но также и неприемлем с этической точки зрения. Речь не идет о выборе между человеком и животным: мы делаем выбор между хорошей наукой и безрассудной жестокостью.

43. Как опыты на животных повлияли на медицинскую культуру?
Было бы неправильно считать, что новые методы и средства лечения можно разработать при помощи замученных и убитых животных. Исследования на животных способствуют тому, что медицина все больше отдаляется от своей непосредственной задачи, а именно - предотвращать болезни. Опыты на животных не могут дать информации о профилактике болезней, их истинных причинах и психосоматической взаимосвязи а также о сущности выздоровления. Они больше способствуют огрублению медицинской культуры, которая, к сожалению, трактует болезни как дефекты, устранимые техническим путем. Сегодня в западном мире три четверти всех смертей происходят от так называемых болезней цивилизации. Невзирая на бесчисленные опыты на животных, прорыва в их лечении не предвидится.
Для борьбы с современными болезнями, такими как сердечно-сосудистые заболевания, рак, ревматизм, диабет, деменция, психические заболевания, болезненными пристрастиями, то есть, курением, алкоголизмом и наркоманией и т.д. нужна совершенно новая стратегия. Разработка новых, зачастую вредных или даже смертельно опасных медикаментов, для получения которых мучают и убивают миллионы животных, все больше заводит в тупик.

Возможно, искусство исцеления оказалось утрачено с введением стетоскопа. Потому что раньше мы прикладывали ухо к груди пациента и слушали. Но вместе с появлением менеджмента здравоохранения, который базируется на экономических директивах и который отодвинул пациентов на задний план, появилась уверенность. И таким образом оказалась утрачена душа медицины, связь между врачом и пациентом… Мой опыт показывает: в момент, когда мы вновь вспоминаем о пациенте и как следует слушаем его, мы на 90% получаем информацию о диагнозе, без помощи техники.
Бернард Лаун (Bernhard Lown, р. 1921), американский кардиолог, лауреат Нобелевской премии, соучредитель организации "Врачи мира - за предотвращение ядерной войны", создатель дефибриллятора, 2002.

 

Медицина

44. Благодаря современной медицине с лекарствами, протестированными на животных, за последние 100 лет продолжительность жизни увеличилась!
Это ложный вывод. За последние 100 лет увеличение продолжительности жизни произошло прежде всего благодаря возврату к гигиене и снижению детской смертности.
В 18 и 19 веках люди низкого социального положения жили в невообразимых условиях. Их квартиры были тесные, сырые, грязные без свежей воды и санитарных сооружений. Им приходилось выполнять трудную работу, и она не давала никаких социальных гарантий. Свой вклад вносило и плохое питание. В середине 19 века была выявлена связь между бедственными условиями жизни рабочего класса и эпидемиями туберкулеза, коклюша, дизентерии, холеры, дифтерии, тифа. К концу 19 века с введением гигиенических требований и улучшением условий жизни и работы произошел колоссальный спад инфекционных заболеваний, столь характерных для тогдашних времен.
Британский специалист в области социальной медицины Томас Маккеон (Thomas McKeown, 1911-1988) смог доказать, что уровень инфекционных заболеваний и, следовательно, смертность от них, снизились долго до разработки антибиотиков и вакцин36. О том, что эти положения соответствуют действительности, свидетельствуют регулярные вспышки инфекционных заболеваний в странах третьего мира и в зонах военных действий, невзирая на поставку современных лекарств. Детерминантами здоровья населения и продолжительности жизни являются окружающая среда и социальные факторы, а не медицинское обслуживание.

45. Без исследований на животных были бы невозможны многие ценные достижения медицины. Как выглядела бы сегодняшняя медицина, если бы никогда не было опытов на животных?
Состояние сегодняшней научно упорядоченной, в значительной мере основывающейся на животных медицины не доказывает их нужность и не свидетельствует в пользу дальнейшего развития медицины. Дело в том, что факт проведения опытов на животных в прошлом не означает, что медицинские достижении можно было получить только этим способом. Возможность добраться на автомобиле из Ганновера в Берлин не перечеркивает возможность добраться туда по железной дороге быстрее, с большим комфортом и меньшими финансовыми потерями. Кроме того, успехи медицины на самом деле гораздо более скромны, чем это часто представляется.
В течение десятилетий на работу с животными уходили огромные суммы денег, но ее результаты на сегодня ничтожны. Если бы исследования на животных действительно представляли такую ценность, почему до сих пор не существует лекарств от рака, вакцины от СПИДа, почему не произошло прорыва в лечении болезни Альцгеймера? Половина жителей Западной Европы умирает от сердечно-сосудистых заболеваний, четверть - от онкологических, и данная тенденция растет, а об эффективном лечении этих и других болезней цивилизации в ближайшее время говорить не приходится.
Разумеется, отдельные успехи есть. Но они несопоставимы с расходами на протяжении десятилетий. Прежде всего, они не обязательно связаны с опытами на животных. Здоровье людей улучшилось бы гораздо значительнее, если бы финансирование в том же объеме выделялось на исследования, не требующие животных, а также на массовую профилактику. В частности, онкологические заболевания в двух третях случаев можно предотвратить с помощью профилактических мер37. Если бы не было опытов на животных, мы бы избежали многих катастроф, связанных с приемом лекарственных препаратов. Опыты на животных создают иллюзию безопасности, которой на самом деле нет.

46. Разве пример контергана не свидетельствует о том, что ранее проводилось недостаточно опытов на животных?
Тератогенные свойства талидомида (контергана) проявились лишь впоследствии и у двух видах животных - у новозеландского кролика и одного вида обезьян. И это происходило при очень высоких дозировках. У всех остальных животных, начиная от мыши, свиней и хорьков-альбиносов и кончая броненосцами, не наблюдалось нарушений в формировании конечностей. Было бы абсурдно делать из этой истории вывод, что каждый медикамент надо тестировать на максимально возможном количестве видов. Откуда мы знаем, отреагирует ли человек так же, как мышь, новозеландский кролик, или же как ни один из названных видов? Будет ли реакция человека на доселе не принимавшуюся им субстанцию такой же, как у определенного вида животных, выясняется лишь после введения этого вещества человеку. Результаты исследований на животных, независимо от вида, совершенно бессмысленны и не могут обеспечить действительно надежных прогнозов для человека.
Болеутоляющее и противоревматическое средство беноксапрофен, которое пришлось изъять с рынка из-за серьезных побочных эффектов, при тестировании на обезьянах не вызывало сомнений. У животных вещество расщепляется значительно быстрее38. В этом случае у крыс и мышей реакция гораздо более сходная с человеком, чем у обезьян, наших ближайших родственников. Разумеется, это выяснилось лишь тогда, когда лекарство дошло до людей. Результаты каких исследований на каких видах можно переносить на человека, а какие нельзя?
В 2001 году был изъят из продажи липобай, препарат для понижения холестерина в крови, потому что из-за его приема люди умирали по причине разрушения мускулов. В ходе исследований на животных, которые проводились раньше, собаки страдали от желудочных кровотечений и серьезных изменений глаз. При высоких дозах у собак, крыс, мышей и свиней наблюдалось незначительное разрушение клеток мышц. Вместе с тем, лекарство продвигали дальше. Лотерейный характер опытов на животных общеизвестен, и фармацевтическая индустрия извлекает пользу из него. Их результаты можно интерпретировать нужным образом. Если результаты исследования положительные, оно может продолжаться. А когда у животных наблюдается нежелательное действие, переносимость результатов на человека ставят под сомнение, но лекарство также выходит на следующую ступень испытаний. Главной причиной этого служат огромные средства, которые уже вложены в разработку нового препарата. На создание только одного медикамента уходит до миллиарда долларов39. Эти затраты должны принести выгоду производителю. Поэтому результаты иногда приукрашиваются, а опасности игнорируются (см. также вопрос 47).
Вернемся к контергану. Хотя после катастрофы с ним давно уже стала стандартной проверка на тератогенность, у женщин, принимавших средства от угревой сыпи изотретиноин и этретинат, рождались дети с пороками развития. У них было расщепление неба, пороки сердца и аорты и другие дефекты. И опыты на животных не предотвратили их появления.

47. Разве при отсутствии опытов на животных не происходило бы еще большего числа трагедий, связанных с приемом лекарственных препаратов?
В результате трагедии с контерганом, которая произошла в 1960-е годы, в 1978 году была введена процедура приема новых лекарств. Согласно ей, эффективность и надежность новых препаратов следует проверять в ходе опытов на животных и клинических исследований (см. вопрос 53). Но она не могла обеспечить надежность лекарства. Вновь и вновь возникали серьезные нежелательные эффекты. Как это можно объяснить?
Причина лежит в недостаточных мерах безопасности и поспешном выпуске на рынок. В среднем разработка нового лекарства доходит до миллиарда долларов США39. Затраты надо вернуть как можно скорее, сразу после поступления лекарства в продажу, и одна из причин заключается в том, что по прошествии 20 лет кончается патентная охрана, иными словами, другие фирмы также получают право на производство данного препарата. Его стоимость, и, соответственно, прибыль от него быстро падают. Фармацевтические предприятия привлекают нижестоящих врачей туристическими путевками и другими бонусами в обмен на выписку новых лекарств. Агрессивное продвижение на рынке приводит к тому, что в течение короткого времени сотни тысяч людей используют средство, которое еще недавно проходило испытания. Например, всего через 3 года после того, как липобай был допущен к использованию на международном уровне, его принимали 6 миллионов людей. А потом происходит то, что должно произойти - массовое распространение часто имеет страшные последствия.
Индустрия заботится исключительно о прибыли - здоровье людей остается в стороне. Бессовестность фармацевтической промышленности можно увидеть на примере болеутоляющего средства "Виокс" (Vioxx). Производителю лекарства, компании MSD, уже в 2000 году было известно об отрицательном действии этого препарата. Но опасность скрывали. И лишь в сентябре 2004 года у фирмы не оставалось иного выбора, кроме как изъять лекарство из продажи, потому что в ходе дальнейших наблюдений за пациентами был зафиксирован рост инфарктов и инсультов, и риск оказалось уже невозможно скрывать40,41. Фармацевтическая компания "ГлаксоСмитКляйн" (GlaxoSmithKline) в течение нескольких лет пыталась удержать на рынке свое средство от диабета росиглитазон (Rosiglitazon, Avandia), прибегая, среди прочего, к искажению результатов исследований, хотя еще в 2000 году было известно, что оно повышает риск инфарктов и инсультов42. В 2010 году этот препарат изъяли из продажи во всем ЕС.
Качество лекарств можно улучшить только через тщательную проверку на клинической стадии и отказ от исследований на животных в ходе доклинического этапа. Фармацевтические учреждения и органы власти полагаются на опыты на животных при оценке эффективности и безопасности, хотя данный способ тестирования совершенно непригоден для этих целей. Как при возникновении болезней, так и при действии лекарственных препаратов на людей свою роль играют множество факторов. Каждый человек постоянно находится под влиянием стресса, питания, привычек, экологии, климата и своего окружения. Кроме того, значение имеют также чувства, память, настроение, колебания гормонов. При исследованиях на животных этим факторам не уделяют никакого внимания.
Надо не только уходить от опытов на животных, но также проводить клинические исследования гораздо более тщательно, чем в настоящее время (см. вопрос № 53).

48. Не произойдет ли в медицине значительный упадок в случае отказа от исследований на животных?
Наоборот. В случае отказа от экспериментов на животных на первый план выйдут методы исследования, не требующие животных, а также профилактика заболеваний, и это приведет к улучшению здоровья людей.
Но лобби в лице вивисекторов намеренно пугает нас ужасными болезнями, от которых может спасти только экспериментальная медицина. Чтобы повысить оборот, фармацевтические концерны доходят до изобретения новых болезней. Совершенно нормальные жизненные явления становятся болезнями. Переходный возраст у мужчин и женщин, нежелание секса, "синдром Сисси" (мнимая форма депрессии), урчание газов43, - какое счастье, что фармацевтическая индустрия имеет в своем распоряжении управу на все эти неприятности. Допустимую норму для холестерина изменили таким образом, что у более чем половины немцев его уровень оказывается повышенным43. И миллионы здоровых граждан становятся на следующий день пациентами, которым нужно лечение. Кроме того, благодаря многим препаратам, пациенты становятся пожизненными клиентами фармацевтической индустрии, потому что побочные эффекты лекарств надо лечить другими медикаментами.
Сегодняшняя система медицины создает иллюзию, что при наличии достаточного количества денег и животных сможет все вылечить и при необходимости заменить износившиеся части тела. Но особенно незначительный прогресс медицина сделала в области болезней цивилизации. На их возникновение в значительной мере влияем мы сами и наше окружение, иногда эти факторы служат их непосредственной причиной. Треть всех случаев рака легких объясняется сигаретным дымом, еще треть - неправильным питанием37, следующие причины - алкоголь, избыточное пребывание на солнце и плохая экология. Факторами риска для сердечно-сосудистых заболеваний служат курение, питание мясными и жирными продуктами, лишний вес, недостаток движения, стресс. Более половины всех случаев инсульта можно предотвратить с помощью мер профилактики44. Другие массовые болезни, такие как ревматизм, аллергия, диабет и СПИД тоже в значительной мере подвластны нашему образу жизни.
Здоровых людей и пациентов превращают в хронически больных, которым требуется дорогостоящее обследование и лечение - и это вместо разговора о предотвратимости болезней. А выгоду получает фармацевтическая индустрия. Разъяснительная работа с населением и принятие на себя ответственности за свое здоровье приносят меньшую прибыль, но это единственный способ выйти из тупика (см. также вопрос 17).

49. В настоящее время фармацевтическая индустрия через исследования на животных разрабатывает новые медикаменты. Разве эти лекарства не являются абсолютно необходимыми?
Всемирная организация здравоохранения относит к необходимым лишь около 325 препаратов для лечения большинства сегодняшних заболеваний45. В западном мире это число оказывается увеличено во много раз. Немецкие фармацевтические предприятия предлагают более 60000 медикаментов46. Столь огромное количество получается с одной стороны из-за множества совершенно нецелесообразных сочетаний веществ, с другой - вследствие того, что большинство лекарств выпускаются не в двух-трех версиях, а в сотнях. Например, антибиотик амоксициллин имеет 201 варианта, обезболивающий препарат ацетилцистеин - 42147.
Сегодня новые медикаменты представляют собой совершенно неведомый рынок даже для специалистов - в одной только Германии их число составляет около 2500 ежегодно47,48. Большинство из них представляют интерес только с точки зрения прибыли, но не с позиции медицинского прогресса. Настоящая инновация бывает в среднем раз в два года49. Столь скудные результаты идут вразрез со стандартными заверениями сторонников исследований на животных, рисующими картину того, как при отказе от опытов произойдет закат медицины, и это будет иметь катастрофические последствия для здравоохранения. На самом деле, поток лекарственных препаратов наполняет только карманы фармацевтических концернов, но никак не способствует улучшению здоровья людей.

50. Каким образом фармацевтические фирмы зарабатывают так много денег на исследованиях на животных, раз их проведение стоит очень дорого?
В исследования на животных вкладываются миллионы, а зарабатывают на них миллиарды. Вот пример: разработка нового лекарства стоит примерно миллиард долларов39. После того, как болеутоляющий препарат виокс разрешили к продаже во всем мире, сумма отдачи в 2004 году составила 2,5 миллиарда долларов. В 2003 году был продан 91 миллион суточных доз, и это лекарство стало 17-м в списке самых продаваемых медикаментов41.
До тех пор, пока ничего не происходит, фармацевтическая индустрия более чем прибыльна. А когда что-то оказывается не так, фармацевтической промышленности нужны исследования на животных в качестве алиби. Если протестированные медикаменты и препараты при использовании в человеческой медицине причиняют людям серьезный вред или убивают их, фирма-производитель может сослаться на исследования на животных, проведенные точно в соответствии с законодательными актами, и переложить ответственность на непредвиденные обстоятельства.

51. Если бы медикаменты не проходили предварительное тестирование на животных, были бы они безопасными?
Да, без тестирования на животных лекарства были бы гораздо безопаснее, чем сегодня. Сначала давайте посмотрим, как происходит поиск нового лекарства. Например, поначалу ведется работа с 10000 веществами. Их отбраковывают с помощью компьютерных симуляций методов ин витро. По прошествии двух лет выкристаллизовываются около 250 интересных веществ. Теперь начинаются исследования на животных. В конце концов, остаются около пяти перспективных веществ - они считаются перспективными, потому что дают положительные результаты при работе с животными. На этой стадии мы узнаем из СМИ о грандиозном успехе: "прорыв в лечении рака", "найдена вакцина от болезни Альцгеймера", "больные СПИДом получают надежду" и т.д. Таким способом людям внушают, что только исследования на животных могут нас спасти от всех ужасных болезней.
На самом деле на этой стадии разработки вообще невозможно говорить о том, как новое лекарство подействует на человека. Будет ли реакция той же, что у животного? Или же она окажется другой, даже диаметрально противоположной?
Много эффективных лекарств так и не попадают на рынок из-за того, что они по обманчивым результатам опытов на животных оказываются выбракованы. Если бы на тестирование на животных полагались в более ранние времена, мы бы не получили таких нужных медикаментов как аспирин, ибупрофен, инсулин, пенициллин, фенобарбитал. Они причиняют серьезный вред определенным видам животных. И при нынешней процедуре разработки новых лекарств они бы оказались за бортом.
И вот пять перспективных веществ выходят на стадию клинических испытаний (см. также вопрос 53), иными словами, их проверяют на людях. И здесь часто выясняется, что оно не так эффективно, как в случае с мышью, либо же оказывает отрицательное побочное действие. 92% препаратов, которые казались перспективными в результате опытов на животных, не проходят стадию клинических испытаний за неэффективности либо серьезных нежелательных побочных эффектов32.
Так, эксперименты на животных выявили 500 обещающих медикаментов при апоплексическом ударе, но в случае с людьми они оказались бесполезны. Исключение составили лишь два лекарства - аспирин и альтеплаза51. Научное исследование, проведенное в Университете Утрехта (Universitat Utrecht), называет возможные причины неудач: недостаточное количество информации, собранной в ходе экспериментов на животных, слишком оптимистическая трактовка данных, полученных при экспериментах на животных, "животные модели", не отражающие в достаточной мере человеческую болезнь, недостаточные клинические исследования, а также тот факт, что нежелательные результаты опытов на животных скрывают, а публикуют приукрашенные результаты51.
Вернемся к разработке медикаментов. После 12 лет разработки максимум одно вещество из первоначальных 10 тыс. попадает в аптеки, и чаще всего оно не становится прорывом. И мы уже не слышим про чудо-таблетку, о которой говорили во время тестирования на животных.
Но и те лекарства, которые попадают на рынок, еще долго нельзя считать безопасными. Чтобы узнать, действительно ли этот медикамент помогает, например, при онкологии, и не перевешивают ли его негативные побочные эффекты его основное фармакологическое действие, предстоит еще проверка на пациентах. Согласно американскому исследованию, с 1976 по 1985 половину всех допущенных на рынок лекарств пришлось либо изъять из продажи вследствие серьезных побочных эффектов, либо снабжать предупреждениями52.
О препаратах с особенно серьезными побочными действиями делают предупреждения в СМИ, и их изымают из оборота. Так произошло со средством от ревматизма виокс (Rofecoxib), которое в 2004 году оказалось в эпицентре большого скандала и было снято с продажи. Согласно исследованию американской Администрации по пищевым продуктам и лекарствам, только в США оно привело к 140 тыс. случаев серьезных болезней сердца53.
Но гораздо более серьезно обстоят дела с лекарствами, которые остаются в продаже, невзирая на отрицательные побочные эффекты. В одной только Германии ежегодно 210 тыс. человек вынуждены обращаться к врачам из-за нежелательного действия медикаментов, при этом в 70 тыс. случаях оно угрожает жизни, а в 16 тыс. приводит к смерти54. Согласно другому исследованию, в Германии 58 тысяч человек умирают от нежелательного действия медикаментов55. Из-за экспериментов на животных лекарства становятся ненадежными. Они создают иллюзию уверенности, в которой пребывают фармацевтическая индустрия, врачи и пациенты, и которой на самом деле не существует.

52. Возможно ли без исследований на животных вообще разрабатывать лекарства?
Результаты опытов на животных не дают ответа на вопрос, отреагирует ли человек на лекарство так же, как животное, иначе или вообще противоположным образом. В любом случае, перенос данных на человека можно назвать рисковой затеей. Опасность, связанную с приемом лекарств, можно было бы кардинально снизить, если бы для проверки новых препаратов сначала использовались надежные методы, не требующие животных, например, культуры клеток, а потом лекарства тестировались бы на добровольцах и пациентах. В обоих случаях работа должна производиться гораздо более тщательно и добросовестно, чем это делается в наши дни (см. также вопрос 53). Правда, такое достоверное и качественное исследование препаратов идет вразрез с интересами фармацевтических концернов, которые хотят в предельно короткий срок получить максимальную прибыль от нового средства (см. вопрос 47).
Разумеется, нам нужны новые пути не только в области разработки лекарств, но и во всей медицине. Медицина, основывающаяся на исследованиях на животных, находится в тупике. Она поглощает миллиардные суммы и миллионы жизней животных. В лучшем случае из этого ничего не получается, а в худшем - опасные лекарства, и многим людям они стоят здоровья или даже жизни. Исследования на животных не способствуют надежности лекарств, сколько бы средств на них ни тратила фармацевтическая индустрия. Мы выйдем из тупика только тогда, когда медицина переориентируется на людей, и на первый план выйдет профилактика болезней.

53. Придется ли тогда новые медикаменты тестировать непосредственно на людях?
Ни в коем случае! Напротив, мы требуем, чтобы людей перестали подвергать безмерной опасности. Законодательные акты предписывают, чтобы новое лекарство прошло тестирование на животных. Клинические испытания включают в себя следующие стадии.
Стадия 1. Лекарство тестируется на небольшом количестве добровольцев за вознаграждение.
Стадия 2. Лекарство дают маленькой группе больных.
Стадия 3. В тестировании препарата участвуют несколько тысяч пациентов, при этом одна половина получает новое лекарство, а другая - пустышку (плацебо).
Стадия 4. После допуска препарата в продажу за пациентами проводятся систематические наблюдения.
Так проходят исследования на людях. Они не только представляют опасность для участников, но еще и сомнительны с этической точки зрения. На первой стадии пользуются бедственным положением "добровольцев", зачастую малообеспеченных людей. Некоторые добровольцы одновременно работают на несколько фармацевтических предприятий, и это может привести к взаимодействию принятых лекарств. Кроме того, нет гарантии, что участники, которых интересует только вознаграждение, станут принимать медикамент аккуратно, поэтому результаты могут вызвать сомнения. Также следует критически относиться к стадиям II и III. Часто больных включают в эксперимент без уведомления, либо же им не предоставляют достаточной информации об опасности. Пациенты выражают готовность участвовать в эксперименте, надеясь, что прогресс медицины привнес что-то новое и, следовательно, хорошее. Вместе с тем, на основании ранее проведенных исследований на животных лекарство ни в коем случае нельзя относить к безопасным. При работе с добровольцами постоянно имеют место непредвиденные обстоятельства, серьезные последствия для здоровья, порой и смертельные случаи, и происходит это даже на последующих стадиях испытаний.
В 2006 году СМИ сообщали об особенно драматическом случае, когда в ходе испытания лекарства шесть молодых мужчин чуть не погибли. Вюрцбургская фирма TeGenero хотела выпустить на рынок панацею от таких заболеваний как рассеянный склероз, ревматоидный артрит и других болезней иммунной системы, это средство имело в своей основе моноклональные антитела. Опыты на яванских макаках и макаках резус, кроликах и крысах не давали оснований заподозрить нежелательные побочные действия. Вместе с тем, клинические испытания на шести добровольцах поставили под угрозу их жизнь. Даже годы спустя они продолжали страдать от вреда, причиненного их здоровью. Один человек потерял несколько пальцев на руках и ногах. У "добровольцев" испытуемое вещество, вместо того, чтобы обуздывать иммунную систему, как у подопытных животных, запустило излишнюю иммунную реакцию. В результате в течение нескольких минут отказали все важные внутренние органы. Шесть добровольцев провели много дней в реанимации, где за их жизнь пришлось бороться.
Для предотвращения катастроф, связанных с приемом лекарств, при выпуске нового лекарства на рынок должны соблюдаться обширные меры предосторожности. Прежде всего, необходимо отказаться от исследований на животных, потому что данный метод не подходит для прогнозирования реакции больного человека. Сначала новое вещество надо тщательно проверять с помощью надежных тестов ин витро. Дальнейшее тестирование на тщательно подобранных добровольцах следует производить гораздо осторожнее, чем сейчас. Одной из возможностей является так называемая микродоза. Добровольцам дают вещества в таких ничтожных количествах, что они не оказывают никакого действия. Но с помощью высокочувствительных методов измерения можно тщательно пронаблюдать изменения в органах, а также взаимодействие субстанции с другими веществами (см. также вопрос 70).
Кроме того, работу с полностью проинформированными людьми необходимо делать гораздо медленнее и тщательнее. Во время обширных исследований необходимо годами фиксировать возможные опасности и побочные эффекты, прежде чем лекарство попадет на рынок и найдет массовое применение.
Кроме того, требуется создание правовых основ. При нынешних законах человек оказывается объектом исследования, ничего не зная об опасностях, которые выпадают на его долю после опытов на животных. Несмотря на обширную систему тестирования на животных, или, скорее, из-за нее пациенты оказываются подставлены под главный удар, потому что из опытов на животных часто делают неверные выводы с роковыми последствиями для человека.

54. Но для исследования СПИДа нам непременно нужны животные?
В экспериментальной медицине у животных искусственным образом вызывают болезни для тестирования потенциальных препаратов. В случае со СПИДом не удается уже первый шаг, потому что нет практически ни одного вида животных, у которых бы развивалась человеческая форма ослабления иммунитета. В течение многих лет проводились безуспешные опыты на шимпанзе, находящихся ближе всего к человеку с точки зрения генетики, и у животных не появлялось никаких симптомов СПИДа. С мартышками резус и другими макаками дела обстояли так же, но их удалось инфицировать вирусом иммунодефицита обезьян. СПИД обезьян не имеет практически ничего общего с человеческим СПИДом, симптомы тоже иные, но во всем мире бесчисленные приматы становятся объектами для исследования. Их инфицируют, изолируют, лечат, вакцинируют, мучают и убивают. В результате не получается ни эффективного лечебного препарата, ни вакцины.
Начиная с 1980-х годов, когда эта болезнь появилась, от нее умерло более 37 миллионов человек. В 2008 году в мире свыше 33 миллионов человек жили с вирусом СПИДа, и них более двух третей в Африке. В тот год 2,7 миллиона человек получили ВИЧ-инфекцию, а 2 миллиона умерли от ее последствий. В настоящее время в Германии живут примерно 63 тыс. людей с ВИЧ-инфекцией56.
Значительные успехи в изучении ВИЧ связаны не с опытами на животных, а с информацией, полученной при инфекционных и эпидемиологических исследованиях, клинических наблюдениях за пациентами и работе с культурой клеток. Важные сведения о путях передачи, структуре, изолировании, структуре возбудителя СПИДа и борьбе с ним выявлены без работы с животными.
Так, возбудитель СПИДа был изолирован уже в 1984 году благодаря работе с пациентами и идентифицирован как вирус с помощью микроскопических методов. Выявление молекулярной структуры вируса дало возможность разрабатывать субстанции для борьбы с ним. Молекулярно-биологическое доказательство того, что ВИЧ-инфекция присутствует в крови пациентов, дало возможность подтвердить инфекционное протекание болезни у людей57. С помощью наблюдений за группами населения (эпидемиология) были открыты пути передачи заболевания. Эти знания привели к стратегиям профилактики. Вопросы о том, почему у многих ВИЧ-положительных людей СПИД не возникает, как влияют на болезнь гигиена, экология, потребление лекарств, сексуальное поведение и психическое состояние, могут быть изучены лишь при работе с пациентами58.
Новые медикаменты лучше всего тестировать на культуре человеческих клеток. Например, в одном и исследований изучались вещества, которые могут убить вирус иммунодефицита человека уже при половом акте. Для этого использовали маленькие образцы кожи, взятые у добровольцев59. Другие исследования делали на пуповинной крови, а также на миндалинах и лимфатических узлах, удаленных в ходе плановых операций60.
До сих пор эксперименты на животных не смогли обуздать эпидемию, и в будущем прогресса также ждать не приходится. Вместо того, чтобы продолжать мучить и убивать животных, надо не только заострить внимание на методах исследования, не требующих животных, но еще и повсеместно проводить разъяснительную работу о возможностях защиты. Особенно это важно для развивающихся стран с высоким уровнем заболеваемости СПИДом, где большинство людей не могут позволить себе дорогие лекарства, и профилактика там - не просто лучший, а единственный шанс.

55. Но при борьбе с раком невозможно отказаться от исследований на животных!
Рак - это типичный пример того, как медицина, ориентированная на работу с животными, постоянно терпит неудачи. Вряд ли на какую-то другую область в течение десятилетий тратились такие средства. Интерферон, иммуномодуляторы, химиотерапия слыли чудодейственными средствами против рака - но некоторые из них оказались неэффективными, а другие вызывали серьезные побочные действия. Безусловно, можно говорить о некоторых успехах в лечении определенных видов рака. Вместе с тем, общий итог на фоне миллиардных инвестиций и многих миллионов убитых животных более чем неутешителен.
Вряд ли можно говорить о настоящем излечении. Сотни тысяч веществ тестировались и тестируются на миллионах "онкомышей". У этих животных генетический код изменили таким образом, что у них рано развиваются опухоли. Статья в газете "Times" цитирует доктора Ричарда Клауснера, директора Национального онкологического института: "История онкологических исследований - это история того, как у мышей лечили рак. В течение десятилетий мы лечим рак у мышей, но у людей это просто не получается"61.
Рак сегодня является второй по распространенности причиной смерти в западном мире, от него умирают 25 процентов людей. Начиная с 1930-х годов, заболеваемость раком непрерывно растет. В 1952 году число людей, умерших от рака в старых федеральных землях в 1952 году, составляло 90 тыс62. В наши дни ежегодно в Германии заболевают раком примерно 340 тыс. человек, а около 210 тыс. умирают от последствий рака62. Эпидемиологические исследования показывают, что, невзирая на все мнимые успехи, пациенты с давшим метастазы раке кишечника, груди, легких и простаты живут не больше, чем 25 лет назад63.

"История онкологических исследований - это история того, как у мышей лечили рак. В течение десятилетий мы лечим рак у мышей, но у людей это просто не получается". Доктор Ричард Клауснер (Richard Klausner), директор американского Национального Онкологического Института, 1998

Экспериментальное исследование рака исходит из того, что онкология возникает из-за какого-то определенного фактора, например, генетического дефекта или канцерогенной субстанции. Но на самом деле тут речь идет о целом сплетении причин. И в животной модели абсолютно невозможно воспроизвести это многообразие вероятных причин и их комбинаций. К факторам, запускающим раковое перерождение клеток - сегодня мы это знаем - относятся курение, питание мясом, алкоголь, слишком интенсивное солнечное облучение, неблагоприятная экология, а также семейная предрасположенность. Чтобы, наконец, достичь успехов в этой области, нужно не продолжать эксперименты на животных, а сосредоточить внимание на профилактике рака.

56. Пока что существует так много болезней, от которых лекарств мало или нет вообще. Должны ли здесь проводиться дальнейшие опыты на животных?
На самом деле сегодня до 80% всех болезней не поддаются излечению в достаточной мере. Но исследования на животных не исправят ситуацию. Экспериментальная медицина исходит из наивного предположения, что сложные болезни можно сымитировать в так называемой "животной модели". И на основании этой модели надо исследовать новые методы лечения. Например, крысам в лапы вводят бактерии или химикаты. У животных начинается болезненное воспаление суставов, которое должно имитировать человеческий ревматизм. Собакам без обезболивания надевают петлю на коронарную артерию, чтобы у них произошел инфаркт. У мышей вызывают рак с помощью генных манипуляций или через инъекцию раковых клеток. У крыс "развивают" диабет через инъекцию яда, разрушающего в поджелудочной железе клетки, которые производят инсулин. Но у животных, которым искусственно создали болезнь, нет ничего общего с больными людьми, за исключением пары синдромов. Их болезни имеет совершенно другие причины.
Медицинская наука стремится с помощью животных экспериментальных моделей сымитировать наши массовые болезни, чтобы в дальнейшем вновь устранять эти искусственные дефекты. При этом истинные причины так называемых болезней цивилизации вообще не принимаются во внимание. Становится более и более ясно, что коренное изменение наших жизненных привычек в долгосрочной перспективе гораздо эффективнее и дешевле в экономическом плане, чем многочисленные медикаментозные и хирургические вмешательства. В значительной части случаев причинами или, по меньшей мере, факторами риска онкологических, сердечно-сосудистых и многих других заболеваний служат курение, алкоголь, стресс, мясная и жирная пища. Примерно треть всех случаев рака связана с питанием. Различные исследования, в которых участвовали тысячи вегетарианцев и мясоедов в контрольных группах, четко показали, что у вегетарианцев рак встречается гораздо реже, чем у людей в контрольной группе64. А лекарство, которое бы так же снижало заболеваемость раком, как вегетарианское питание, можно было бы выдвинуть на Нобелевскую премию.
Еще треть всех смертей от рака связана с курением сигарет. Между делом выяснилось, что курение способствует не только раку легких, но также раку гортани, губы, пищевода, поджелудочной железы, мочевого пузыря, почек и матки.
Профессор доктор Фридрих В. Шварц (Friedrich W. Schwartz), директор отдела эпидемиологии, социальной медицины и исследований медицины в Медицинском Университете Ганновера (Medizinische Hochschule Hannover) требует основное внимание уделять профилактике вместо прежней концентрации на "ремонтной медицине": "В течение десятилетий упор делался на убеждение граждан, что при любой проблеме со здоровьем можно произвести починку, а это не соответствует реальности"26.
Идея, что последствия нашего образа жизни можно воспроизвести в виде болезни у животных, чтобы устранить их химическими средствами, - это принципиальное заблуждение. Исследования, в которых на животных изучают современные массовые заболевания, обречены на провал. Только радикальное изменение наших жизненных привычек может повернуть вспять болезни цивилизации.
Сегодняшнюю ситуацию можно сравнить с картиной, когда на горной дороге строят все больше и больше ремонтных мастерских для лечения травм и повреждений вместо того, чтобы сделать этот участок более безопасным, произведя отделку и поставив дорожные знаки. Что лучше?

57. Поможет ли генная инженерия справиться с нашими болезнями?
С некоторых пор генную инженерию расхваливают как спасение от всех болезней в мире. С ее помощью будут побеждены голод, бедность, старость и естественные болезни. Под безбрежные обещания на нее выделяют огромные суммы денег. Сюда вкладывается больше денег, чем в другие отрасли. Но невзирая на миллиардные инвестиции и миллионные суммы, которые уходят на подопытных животных-жертв генной инженерии, соотношение затрат и выгод тут более чем разочаровывает. С генетическим кодом животных проводят такие манипуляции, что должна появиться возможность копировать заболевания людей и проверять новые методы лечения. Но генно-инженерные изменения чаще всего происходят не так, как планировалось. В результате часто получаются животные с ужасными уродствами. Это "исключение", доля которого может составлять 90-99% животных, выбраковывается2. А если хоть иногда получается создать у животных человеческую болезнь, например, рак, это уже провозглашается как успех генной инженерии. Никого не интересует, возникнет ли когда-то на его основе метод лечения для людей. Точно так же, если соотнести успехи в онкологических исследованиях последних 30 лет с затратами на них, то результат будет очень скромным. Остается без внимания тот факт, что сама по себе генетическая предрасположенность к определенной болезни необязательно должна привести к ее возникновению. Гораздо больше на начало болезни влияют физические факторы, стресс, питание и т.д. Генная инженерия даже считается опасной, потому что нельзя оценить риск для всего организма, возникающий при генетических изменениях.

58. Необходимы ли опыты на животных при обучении и отработке хирургических навыков?
Часто делают ошибочное заключение, что будущие врачи при учебе отрабатывают хирургические навыки на животных. В обычных условиях это не так. Будущий хирург постигает свое "ремесло" уже во время учебы, а после ее - упражняясь на трупах в морге, делая их вскрытия, наблюдая за операциями и ассистируя во время несложных вмешательств и, наконец, самостоятельно оперируя под опытным руководством врача. Безусловно, эта классическая форма хирургической подготовки самая эффективная. Неужели вы хотели бы, чтобы вас оперировал хирург, который ранее упражнялся только или преимущественно на собаке, крысе или свинье?
Обычно опыты на животных в хирургии проводятся по другой причине. Собак, свиней, овец, крыс и других животных используют главным образом для изучения новых технических приемов и в исследованиях. Помимо серьезных морально-этических соображений, против использования животных в хирургии говорят прежде всего анатомические различия между человеком и животными.
Что касается новых технологий, таких как, например, проведение эндоскопических операций, их можно отрабатывать исключительно на тренажерах с органами мертвых животных ("Basistraining" дает возможность производить операции на желчном пузыре, слепой кишке, накладывать кишечные швы и т. д.). Сейчас существуют даже интерактивные компьютерные тренажеры, сходные с тренажерами, которые используются при подготовке пилотов. При выполнении упражнений на них речь идет не об анатомической точности, а об отработке ловкости рук. Соответствующие курсы для хирургов регулярно предлагаются в многочисленных клинических центрах.
Но и при проверке новых хирургических приемов или имплантатов опыты на животных зачастую оказываются непродуктивными. Как и в случае с фармакологией, они способствуют появлению ложной уверенности. Например, в ортопедии овец или собак используют для испытания протезов межпозвоночного диска, операций по замене тела позвонка, при наложении крестообразных повязок на коленном суставе. Но у животных, которые ходят на четырех ногах, и у которых позвоночник находится в горизонтальном положении, совершенно иные биомедицинская нагрузка и взаимодействие костей, суставов, связок, мышц и сухожилий, нежели у человека. Кроме того, у человека и животных по многим параметрам очень разнится процесс срастания костей. Вместо того чтобы рисковать и безо всякой критики использовать информацию, полученную в ходе экспериментов на животных, можно, например, испытывать искусственные суставы или стабильность восстановления после перелома тогда, когда пациенту вставляют имплантат (винты, пластины, гвозди и др.), на трупах, делая проверку на постоянную нагрузку, или же на компьютерных тренажерах. Это касается также состава материалов, их статической формы и рациональных вариантов изготовления. А о биологической переносимости большинства используемых материалов и так уже хорошо известно.
Различия, из-за которых вообще невозможна даже простая проверка на животных, одинаковым образом относятся к протезам кровеносных сосудов и искусственным клапанам сердца. Эти исследования не только излишни, но и бессмысленны с научной точки зрения по разным причинам, начиная с совершенно иной частоты сокращений сердца и ситуации с кровообращением, и кончая несравнимой продолжительностью жизни у человека и большинства подопытных животных.


Косметика, бытовая химия, военные эксперименты,
образование, ветеринарная медицина

59. Разве опыты на животных в косметике не запрещены?
Хотя опыты на животных при проверке косметики и моющих средств в Германии и в ЕС запрещены законодательством по защите животных, до сих пор бесчисленные животные вынуждены страдать и умирать ради получения губной помады или крема для кожи. Запрет касается лишь готовой продукции и компонентов, которые используются исключительно в косметике. Это относится лишь к 10% всех веществ. Большая часть субстанций тестируется на животных в соответствии с законом о бытовой химии, потому что они используются также в производстве химических продуктов и материалов.
Опытов на животных в косметике легко избежать, потому что можно обратиться к испытанным веществам, коих имеются тысячи. Но индустрия старается идти за модой либо заманивать потребителей мнимыми новинками: спросом пользуются коллекции помады летних цветов, шампуни с формулой гарантированной защиты от перхоти или гели для волос со сверхсильной фиксацией. В погоне за прибылью концерны постоянно выводят на рынок новую косметику и средства по уходу за телом - продукты, в которых никто не нуждается и которые стоят жизни бесчисленным животным.
На основании опытов на животных косметическая индустрия заявляет о безопасности товара для потребителя. Утверждается, что только они могут гарантировать надежность косметики и защитить от возможного вреда при использовании нового продукта. Вместе с тем, прошлое нам вновь и вновь показывало, что опыты на животных еще ни разу не обеспечили гарантию надежности продукта. Они не защищают потребителя, а выполняют исключительно функцию алиби.
С 1993 года в Европе ведется работа над созданием законодательного регламента. Вместе с тем, столь нужный запрет тестировать на животных косметику и импортировать тестированную на животных вновь и вновь откладывается. В результате многолетнего перетягивания каната и многотрудной публичной и лоббистской работы антививисекционных союзов в 2003 году в силу вступила Директива о косметике (директива 2003/15/ЕС). Согласно ей, с 2004 года в ЕС запрещено тестирование готовых косметических продуктов. С 2009 года в ЕС запрещается импортировать тестированные на животных косметические товары и сырье. Исключение составляют три опыта на животных (токсичность при неоднократном приеме, репродукционная токсичность (токсичность для плода), токсикокинетика (прием, распределение, метаболизм, выведение вещества)) - их разрешается проводить до 2013 года. Возможно, последний срок по воле ЕС окажется отодвинут еще дальше. До тех пор, пока запрет не окончательно вступил в силу, потребителям желательно выбирать ту продукцию, которая гарантированно не тестировалась на животных.
К рекомендованной продукции относится следующая:
- из белого списка Немецкого союза защиты животных, то есть, товары фирм, которые не проводят опытов на животных и используют только ингредиенты, не тестировавшиеся на животных с 1979 года. www.tierschutzbund.de
- та, которая соответствует Стандарту гуманной косметики. Это печать Европейской коалиции за прекращение экспериментов на животных, и она распространена в Европе и США. Ни конечные продукты, ни ингредиенты не должны проходить проверку на животных с определенного срока, четко оказанного производителем. Сведения о компаниях регулярно проходят проверку в независимых инстанциях. www.gocrueltyfree.org

60. Проводятся ли до сих пор пресловутые ЛД-50 и тест Драйза?
Тест "ЛД-50" называют также самым жестоким предписанием в мире. С его помощью следует тестировать на острую токсичность медикаменты и моющие средства. Животным, чаще всего мышам и крысам, но иногда также собакам и обезьянам, дают тестируемое вещество в разной концентрации. После получения своей дозы яда животные часами или днями извиваются в судорогах, страдают от поноса, озноба, у них может наступить паралич. Группа животных с самой высокой дозой умирает раньше всех, а те животные, которым досталась, меньшая концентрация, живут дольше. Требуется всего лишь определить количество субстанции, убивающее ровно половину животных (ЛД-50 - смертельная доза для 50% животных). Это значение умножают на фиктивное число, чтобы получить предельную дозу, которая будет считаться безопасной для человека. Данный тест не только крайне жесток, но еще и совершенно ненадежен, потому что таким способом невозможно распознать токсичность вещества для человека. Переработка и выделение субстанций происходят у разных видов животных совершенно по-разному.

Невзирая на большое количество информации, полученной при токсикологических опытах на животных, даже опытные токсикологи не в состоянии достоверным образом перенести результаты экспериментов на человека. Например:
- результаты теста ЛД-50 имеют значение лишь для определенного вида животных, разброс значений составляет десятки процентов;
- у животных не регистрируются первые симптомы, возможно, характерные при отравлении данным веществом;
- регистрируются конечные неспецифические симптомы;
- не учитываются повреждения, которые могут появиться не сразу.
Доктор Аксель Хан (Axel Hahn), руководитель Пункта учета отравлений в Объединенном институте оценки опасностей (Bundesinstitut fur Risikobewertung), Берлин, 1996


Простое сопоставление размера летальной дозы для разных видов животных и документированных отравлений человека показывает, насколько значительно отличаются смертельные дозы. Вот два примера: этиленгликоль, вещество, которое находит применение как средство защиты от мороза, а также входит в состав тормозной жидкости, оказывается смертельным для мыши при концентрации 7.500 мг на кг массы тела. У кошек ЛД-50 составляет лишь 1.650 мг на кг тела. У человека этот показатель составляет 398 мг/кг. Из документированных случаев отравления у человека следует сделать вывод, что лечение требуется при дозе, превышающей 100 мг/кг.
Что касается фенола, который бывает в искусственных смолах, наименее чувствительны к нему кролики и собаки. А кошки умирают уже при минимальных дозах. Для людей фенол также токсичен, но взрослые люди, отравившиеся фенолом, оставались живы при концентрациях, которые многократно превышали смертельные дозы для кошек65.
Никто не может предсказать исходя из опытов на животных, будет ли у человека реакция такая же, как у подопытных животных, сходная или диаметрально противоположная.
В 1995 году в немецкие положения по тестированию лекарственных препаратов был введен так называемый приблизительный тест ЛД-50. Он основывается на тех же принципах, что и классический тест, но требует несколько меньше животных; в нем определяется не точная, а приблизительная доза, при которой умирает половина животных. Точно так же Организация экономического сотрудничества и развития признала на мировом уровне три метода ЛД-50 с меньшим числом животных. Но этот жестокий и неверный метод не становится лучше от того, что в ходе него погибает чуть меньше животных.
Что касается тестирования средства от морщин ботокса, каждую отдельную партию его проверяют с помощью традиционного теста ЛД-50 (см. вопрос 61).
Для проверки того, насколько химикаты, бытовая химия и косметика раздражают глаза и слизистую оболочку, проводят тест Драйза. Этот тест, разработанный в 1944 году и получивший имя своего создателя, учрежден в качестве мирового стандарта. Проверяемый материал наносят кролику в конъюнктивальный мешок глаза. Затем повреждения оценивают по балльной системе. Под действием субстанции возникает воспаление, покраснение и ожог глаза.
Этот тест известен не только по причине своей крайней жестокости, но еще и ненадежности. Уже в 1970-е годы появились доказательства того, что результаты проверки одного и того же вещества колеблются, в зависимости от лаборатории, иными словами, данный тест обладает плохой воспроизводимостью66. Кроме того, у человека и кроликов бывает разная чувствительность к проверяемому веществу, то есть, результаты теста Драйза невозможно переносить на человека. Хотя этот способ проверки совершенно не годится для обеспечения безопасности потребителей и уже давно разработаны многочисленные методы тестирования ин витро, он до сих пор остается учрежденным методом проверки.

61. Почему на животных тестируют средство от морщин ботокс, хотя тестирование на животных косметики запрещено?
"Ботокс" - это торговое название продукта, производимого из очень опасного бактериального яда ботулинумтоксина. Это вещество применяют для лечения некоторых заболеваний нервов, и оно приносит все большую прибыль при использовании в косметических целях. Нервный яд парализует лица, поэтому прежде морщинистая кожа разглаживается. Во всем мире очень модно убирать морщины с помощью ботокса. За несколько лет продажи этого средства существенно возросли, и наблюдается тенденция дальнейшего роста.
Здесь речь идет о серьезной проблеме защиты животных, не говоря уж о вопросе, зачем люди в погоне за вечной молодостью вкалывают себе в лицо высокотоксичную субстанцию. Каждую партию товара проверяют на токсичность. Проверяемую субстанцию вкалывают мышам в брюшную полость. Смертные муки с судорогами, параличом, удушьем могут длиться 3-4 дня. В конце концов, животные в муках задыхаются, потому что дыхательные мышцы оказываются парализованы. Так устанавливают дозу, при которой умирает половина животных (тест ЛД-50). Выживших мышей убивают диоксидом углерода или же ломают им шею. Для проверки каждой партии товара убивают как минимум 100 мышей, а всего в мире ежегодно погибает не менее 600 тыс. мышей67. И чем больше используется ботокс, тем больше мышей вынуждены страдать и умирать.
Продукты на основе ботулинумтоксина зарегистрированы как медикаменты, поэтому запрет на тестирование косметики, действующий в ЕС с 2004 года, не распространяется на них. Их не относят к косметике еще и потому, что их не просто наносят, а вводят с помощью инъекций. Когда врачи применяют этот препарат для устранения морщин, это является недокументированным использованием: медикамент, разрешенный к применению при наличии определенных показаний, используется не по назначению. Пациенты должны написать расписку, что осведомлены об опасности, связанной с использованием препарата, который не предназначен для избавления от морщин. В Германии для устранения морщин между бровями разрешены такие средства как Vistabel, Azzalure, Bocouture. Всякое другое косметическое использование является недокументированным.
Большую часть огромной прибыли, получаемой во всем мире, делят между собой всего лишь три концерна: американская фирма Аллерган (Botox, Botox Cosmetics, Vistabel), британская Ipsen (Dysport, а также Azzalure, его продает фирма Galderma), немецкая Merz во Франкфурте на Майне (Xeomin, Bocouture). Фирма Merz тестирует свою продукцию в гамбургской лаборатории LPD. Только для этих препаратов ежегодно в мучениях умирают 34 тыс. мышей67,68.
Европейская фармакопея разрешает, наряду с тестом ЛД-50, три альтернативных метода при условии их валидации, то есть, если их пригодность доказана. Для этого необходимо, чтобы данные методы производили результаты, сравнимые с ЛД-50. Напомним, что пригодность теста ЛД-50 никогда не проверяли. Уже разработаны многочисленные альтернативы для проверки ботокса, не требующие животных, но они не внедрены. Право решать вопрос о том, когда утверждать и внедрять методы без животных и делать ли это вообще, остается за производителями. Концерны делают гигантскую прибыль на своей продукции, но у них не наблюдается никакого прогресса с утверждением способов тестирования, не требующих животных. Запрет на использование продуктов с ботулинумтоксином в косметических целях обеспечил бы фирмам нужную мотивацию, пока нет утвержденных и признанных методов тестирования без животных.

62. Обязана ли химическая индустрия проводить опыты на животных для получения новых продуктов?
Химические вещества - например, в текстиле, продуктах питания, пластмассе, краске, моющих средствах, клеях - неразрывно связаны с нашей жизнью. Законодательство о химикатах предписывает целый ряд опытов на животных для выпуска новых продуктов. Это призвано защитить потребителей и работников индустрии от вредного действия веществ. Но опыты на животных не обеспечивают защиты от опасных субстанций - наоборот. Результаты исследований на животных вновь и вновь приводили к тому, что опасность химиката оставалась неизвестна, или же о ней узнавали слишком поздно. Вот пример.
В течение десятилетий канцерогенные свойства асбеста отрицались, потому что крысы переносят его гораздо лучше, чем люди. В ходе одного из исследований выяснилось, что люди в 300 раз чувствительнее к асбесту, чем крысы. В другом исследовании крысам требовалась в 100 раз большая концентрация асбеста, чем людям, для развития рака легких, и в 1000 раз большая для появления рака желудка и плевры. А хомяки еще менее чувствительны к асбесту69. В результате, канцерогенное действие асбеста было выявлено при наблюдениях за человеком, прежде всего в области производственной медицины. Если бы и дальше полагались на работу с животным и, возможно, до сегодняшнего дня ничего не было бы известно об опасных для здоровья свойствах этого вещества.
То, что закон до сих пор предписывает опыты на животных для допуска новых химических веществ, не оправдывает их проведение. Законы можно и необходимо принимать в соответствии с их ценностью для науки и общества. Правда, этот процесс происходит очень медленно, так как на него влияет мощное лобби в лице экспериментаторов. Современные методы без животных бывает гораздо сложнее узаконить (см. вопросы 14 и 75).

63. Нужны ли опыты на животных по крайней мере для того, чтобы защищать природу и окружающую среду от вредных веществ?
Опыты на животных пользуются такой любовью в частности потому, что с их помощью можно доказать либо опровергнуть все. В зависимости от требования заказчика при одинаковой постановке вопроса получаются совершенно разные результаты. Например, надо было выяснить, вызывает ли табачный дым рак или нет. Чтобы результаты оказались отрицательными, табачная индустрия заказала данные исследования. И так получилось, что ядовитые химические вещества, которые уже давно следовало бы запретить по причине их доказанной вредности, остались на рынке. Еще один пример: формальдегид вызывает у крыс рак носоглотки. Под давлением производителей это исследование на животных поначалу классифицировали как неприменимое к человеку, и формальдегид долгое время считался лишь возможным канцерогеном. Только в июне 2004 его отнесли к канцерогенам. Решающую роль тут сыграли эпидемиологические исследования (работа с людьми)70.
Наконец, индустрия использует опыты на животных в качестве алиби, чтобы и впредь иметь возможность беспрепятственно производить миллионы тонн вредных веществ, загрязняющих воду, воздух, почву, растения и живых существ. Вместо того, чтобы полагаться на ненадежные эксперименты на животных, следовало бы более тщательно следить за состоянием окружающей среды, а воду, почву, растения, а также человеческие и животные ткани следовать с помощью аналитических методов на химических веществах. При малейших признаках токсичности их необходимо немедленно исключать из оборота.

64. Что представляет собой программа ЕС по химическим веществам REACH?
ЕС стремится тестировать на токсичность тысячи старых веществ, которые уже десятилетиями присутствуют на рынке - от скипидара до текстильных красок, от машинного масла до пластмасс. Для этого в июне 2007 года было выпущено так называемое постановление REACH. REACH означает "регистрация, оценка и разрешение химических веществ" ("Registrierung, Evaluierung und Autorisation von Chemikalien). Она предусматривает ряд стандартных тестов в зависимости от объема продукции, произведенной за год. Чем больше продукции, в которой присутствует та или иная субстанция, тем больше требуется информации, то есть, тем более обширными будут опыты на животных. По оценкам, в них страдают и умирают от 8 до 54 миллионов мышей, крыс, кроликов, морских свинок и собак71. Здесь не учитываются беспозвоночные животные, такие как дождевые черви и водяные блохи.
Химические вещества как объект ежедневного использования и в плане экологической безопасности часто представляют собой неизмеримую опасность для здоровья человека. В течение десятилетий основой для оценки опасности и законодательного регулирования химических веществ служили опыты на животных. К сожалению, новая политика ЕС по химикатам продолжает эту традицию. Вместе с тем, следование устаревшим образцам мысли, в соответствии с которыми выполняется глупый перечень опытов на животных, способный обеспечить алиби, не обеспечивает потребителям никакой безопасности. Разумеется, для многих веществ, присутствующих на рынке свыше 30 лет, имеется множество информации, полученной на людях. Систематическое использование этих уже имеющихся знаний означало бы истинный прогресс. Для дальнейшей информации в распоряжении есть множество методов тестирования без животных, которые не только дают нужные для человека результаты, но стоят дешево и требуют мало времени. Например, обычный тест на животных по выявлению канцерогенных свойств субстанции длится от трех до пяти лет и дает ненадежные результаты. Напротив тест на культуре клеток, без животных дает надежные результаты уже через несколько недель.
Под давлением союзов противников вивисекции REACH приняла некоторые пункты, которые можно считать по меньшей мере шагами в правильном направлении.
Сейчас ЕС отдает приоритет разработке методов исследования без животных.
Индустрия должна обмениваться своими данными, то есть, фирмы, производящие одинаковые химические вещества, должны объединиться в консорциум и собрать информацию о химикатах.
Служба по химическим веществам ECHA должна на 45 дней выкладывать в Интернете заявления индустрии о тестировании на животных веществ, которых производится более 100 тонн ежегодно, а также особо опасных субстанций. Так общества защиты животных могут выяснить, имеются ли нужные данные где-то еще либо же можно ли их получить иным путем, без опытов на животных.
Но эти уступки не должны отвлекать от того факта, что в ближайшие годы миллионы животных будут подвергнуты мучительной смерти. ЕС и REACH упустили возможность сменить давно уже устаревшую парадигму в области проверки на токсичность и выбрать такой путь, где стандартом являются не опыты на животных, а современные системы ин витро.

65. Проводятся ли опыты на животных в военных исследованиях?
До тех пор, пока существуют войны, военные приспособления всех видов до использования среди людей тестируются на животных. На беззащитных животных проверяется все, от атомной бомбы до скорострельной винтовки, от возбудителей чумы до нервно-паралитического газа. Военные исследования держатся в строгой тайне, поэтому до общественности доходит совсем малое количество информации.
Немецкое законодательство по защите животных запрещает опыты на животных с целью разработки оружия, и количество животных, используемых в бундесвере, сократилось с 6429 в 1984 году до 215 животных (158 крыс и мышей, 42 собаки, 11 морских свинок 3 кролика, 1 крупное животное - овца, коза или лошадь без уточнений) в 2005 году72. Но эти данные относятся только к бундесверу. Те опыты на животных, которые были выполнены другими заведениями, например, университетами, по заказу бундесвера, сюда не входят. Эти животные проходят по другому пункту статистики, разумеется, не обособленному, поэтому невозможно оценить точное число животных, которых убивают в Германии для военных исследований. Зоозащитный запрет на опыты на животных, связанные с разработкой и проверкой оружия и амуниции, легко обойти.
Летом 2010 года американские вооруженные силы на учебном поле Графенвера в Верхнем Пфальце тренировались лечить боевые травмы и делали это на свиньях и козах. Начинающие санитары должны были обрабатывать раны животным, находящимся под наркозом. Как только об этом стало известно, со стороны общественности и разных организаций по защите животных раздались протесты. Американские войска предприняли три попытки провести военные опыты на животных тайно. Но всякий раз уполномоченные органы власти отклоняли их заявку на основании того, что эти эксперименты нарушают немецкий закон о защите животных. Исследования не имели оправданий с этической точки зрения, кроме того, нужные результаты могли быть получены иным путем.
Федеральное министерство обороны сообщило в официальном документе, что "солдаты бундесвера в рамках санитарного просвещения тренируются не на живых животных". Правда, живые животные используются при подготовке военного персонала в гражданских учреждениях, чтобы отрабатывать операционные навыки. В настоящее время доказано, что в частях бундесвера ля санитарной подготовки военных применяют живых животных73.
Это значит, что даже в 2010 году немецкая армия проводит этически недопустимые и бессмысленные с научной точки зрения опыты над животными - даже если это происходит вне стен собственных лабораторий.

66. Необходимы ли опыты на животных при получении образования?
Во время опытов на животных в образовании речь идет не о получении новых знаний, а лишь о передаче давно существующих. Так, пресловутый опыт с лягушкой, где в качестве экспериментального материала служат нервы и мускулы только что убитой лягушки, был "изобретен" Луиджи Гальвани в 1791 году. С тех пор его из года в год проводят поколения студентов во всем мире. Рядом с этим опытом в программе стоят прежде всего "упражнения на препарирование", то есть, вскрытие убитых животных для изучения их анатомии. Согласно подсчетам, выполненным в 1995 году, ежегодно в одних только университетах Германии для изучения основ биологии, медицины и ветеринарии используют около 46 тыс. насекомых, дождевых червей, улиток и других беспозвоночных, а также 14 тыс. позвоночных, таких как крысы, мыши и лягушки74. Более новых данных в открытом доступе нет. По официальной статистике Федеративного министерства экономики, в 2009 году в ходе базового образовательного процесса и повышения квалификации использовано более 57 тыс. позвоночных1. Эта цифра включает в себя не только получение базового образования, но и прежде всего повышение квалификации. Так, ради хирургических упражнений врачей умерли около 2 тыс. свиней. Вместе с тем, отрабатывать операции на свиньях - бессмысленно, и это подвергает пациентов серьезной опасности. Вряд ли кто-то допустил бы, чтобы его оперировал ветеринар (см. вопрос 58).
В базовом образовании начиная с 1980-х годов, благодаря постоянным протестам со стороны студентов произошли некоторые изменения в лучшую сторону. Вместе с тем, вновь и вновь происходит регресс, когда вновь вводятся отмененные на время эксперименты. Теперь примерно на половине медицинских факультетов можно учиться без обращения к опытам на животных. В ветеринарной медицине ситуация также кардинально улучшилась. На большинстве ветеринарных факультетов заменены многочисленные упражнения, вроде опытов с лягушками. Но биологические факультеты настаивают на традиционных методах обучения. В исследовательских университетах используются компьютерные имитации, безболезненные опыты на себе, пластинированные животные (известные как выставка "Мир тела"), животные, умершие естественной смертью. Упорство, с которым многие университеты держатся за исследования на животных, может быть объяснено одним способом: студентам надо своевременно внушить, что опыты на животных представляют собой неотъемлемый аспект науки. Кто вырос в традиции экспериментировании на животных, не может позднее в них усомниться.
"Только дураки могут соблазниться на занятия вивисекцией, чтобы снискать славу. Мы даем им огромные суммы денег, чтобы они узнали, почему люди все больше умирают от рака, и каким образом эту болезнь можно ликвидировать. Они берут деньги и покупают на них бесчисленных мышей, с которыми играют в своих исследовательских лабораториях. Когда спустя годы их интеллект становится мышиным, они нам объясняют, что обнаружили, как можно инфицировать мышь раком; еще они нашли микроб, который хоть и безобиден, но при определенных условиях - их не удается определить точнее - кажется характерным для рака. Кому бы пришло в голову вырвать хотя бы волосок из морды мыши ради такого ничтожного результата? Если эти экспериментаторы до сих пор считают, что лучше играть с мышами, чем использовать свой ум, ничто не убедит меня в существовании у них какого-либо полезного ума".
Джордж Бернард Шоу (1856-1950), британский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 1925 год

67. Но в ветеринарной медицине опыты на животных все же полезны, потому что нам нет проблемы переноса данных.
Сначала надо разобраться с распространенным представлением, что в ветеринарной медицине эксперименты проводятся не для дальнейшего блага животных. На самом деле, чаще всего верно диаметрально противоположное, и от таких опытов пользу получают те, кто использует животных. Цель внедрения лекарств и вакцин в сельском хозяйстве, программ разведения в генной инженерии заключается в том, чтобы повысить прибыль от животных и сократить потери при нынешних жестоких условиях содержания животных. Здоровье здесь оценивается не по самочувствию животн6ых, а по количеству даваемого молока или ежедневному увеличению веса. Ветеринарные препараты и исследования по ветеринарной медицине делают возможным в сельском хозяйстве неограниченное использование "полезных" животных.
Но даже когда речь идет о содержании домашних животных, ветеринарная медицина необязательно служит животных. При таком большом количестве пород запрограммированы врожденные дефекты. Хромота у такс, дисплазия тазобедренного сустава у немецких овчарок, постоянно слезящиеся, часто воспаляющиеся глаза, а также одышка у персидских кошек, неправильное положение зубов у карликовых кроликов - все это объясняется односторонним отбором по критерию определенных признаков. В случае со многими сегодняшними породами домашних животных приходится смиряться с подобными рукотворными дефектами ради определенных идеалов красоты или модных тенденций. Ветеринария призвана исправлять эти предотвратимые нарушения.
Разумеется, животные могут заболеть и при самом лучшем уходе у любящих хозяев. В таких случаях важно, чтобы ветеринария была готова избавлять животных от мучений и лечить их болезни. И опыты на животных здесь - неправильный путь. Подопытные животные содержатся в совершенно неестественных условиях. Исследуемые болезни у них вызывают искусственным путем. Оба фактора ведут к тому, что подопытных животных становится невозможно рассматривать как замену их сородичей, живущих вне лаборатории, хотя они и принадлежат к одному виду. Перенос результатов с подопытного животного на "нормальное" так же проблематичен, как и перенос на человека. В ходе экспериментов нельзя воспроизвести условия содержания животных, будь то домашняя кошка, ценная собака или декоративная крыса, питание, влияние окружающей среды, воздействие социальных и психологических факторов. Еще в меньшей степени на подопытных животных можно исследовать сложные случаи болезни. Когда лабораторному животному вводят, например, раковые клетки, возникшая онкология не имеет ничего общего с многогранными причинами болезни. Такой способ не годится ни для поиска причин заболевания животного, ни для разработки эффективного лечения. Поэтому работа с животными не обеспечивает надежных выводов для других представителей того же самого вида.
Разумеется, медицинский прогресс важен и для ветеринарии. Но он не должен происходить ценой жизни других животных. Эмпирические исследования, то есть, работа с пациентами-животными на основе опыта, полученного от пациентов-животных, не вредят им и дают нужные результаты. Наблюдение за больными животными и их реакцией на определенные способы лечения ведет к истинному прогрессу в медицине. Таким способом на практике ежедневно получают важные сведения. Кроме того, можно прибегать к многочисленным компьютерным методам и эпидемиологическим исследованиям. Но прежде всего надо обращать гораздо больше внимания на профилактику. Как и в человеческой медицине, профилактика начинается не с раннего диагностирования болезней, а с их предотвращения. Важные сведения для исследования и лечения болезни дает вскрытие умерших животных. Кроме того, многие вопросы, например, в области разработки лекарств, можно решить с помощью культур клеток и других методов исследования, не требующих животных.
При разговоре об экспериментах на животных в ветеринарии мы должны прежде всего задать вопрос: допустимо ли мучить лабораторную собаку в надежде получить ценную информацию для другой собаки? Представляет ли подопытная собака меньшую ценность потому, что не находится в частных руках? Не имеют ли они одинакового права на неприкосновенность? Лабораторная собака - это стадное животное, как и наша домашняя собака. Она хочет играть с людьми и другими собаками, бегать и резвиться. Кому приходилось оперировать животное, тот знает, что оно страдает от манипуляций, которые производятся до наркоза и после пробуждения. Животному невозможно объяснить, почему это происходит. Оно испытывает дикий страх. Лабораторная собака и домашний питомец испытывают одинаковую боль. Тот факт, что нашей собаке жить позволено, в то же время другая собака выращена для мучительной смерти в экспериментах, есть чистая случайность. Можем ли мы принять ответственность за решение, какое животное замучат якобы во благо другого животного? Не кажется ли нам, что такой образ действий в высшей степени неэтичен? В человеческой медицине умышленное причинение вреда людям считается неприемлемым. В ветеринарии законодательство в защиту животных разрешает такой образ действий. Это постоянно происходит в ветеринарных вузах, в государственных и частных лабораториях. И еще такой факт: истязаемая собака страдает и умирает в любом случае. А польза от этих опытов очень сомнительна и зачастую существует лишь как идея экспериментатора. Умершего подопытного животного никогда не заменит другое существо, которое выжило благодаря нему, будь то человек или зверь.

68. Проверяется ли на животных собачий и кошачий корм?
Хотя для домашних животных уже есть множество разных кормов, на рынке постоянно появляются новые продукты - специальное питание для толстых, худых, больших, маленьких, молодых, старых собак и кошек, для определенных пород. Таким образом, потребители пробуждают спрос на продукты, в которых на самом деле никто не нуждается, которые не приносят пользы животным, а всего лишь наполняют карманы производителей кормов. Но жажда прибыли у концернов - это еще не самое страшное. Многие фирмы с помощью подопытных животных проверяют переносимость кормов и привлекательность их вкуса. Другим животным нарушают работу органов. Например, им повреждают нервы, чтобы тестировать корма для животных, страдающих болезнями нервов. Вместе с тем, искусственно созданные повреждения органов в корне отличаются от естественных заболеваний наших домашних животных. Они влачат свое жалкое существование в лаборатории в качестве заместителей наших домашних любимцев. Из-за иных условий, связанных с психическими, социальными, диетическими и экологическими факторами, экспериментальные результаты нельзя с должной уверенностью переносить на других животных.
Помимо критики этих методов с точки зрения науки, здесь еще встает вопрос об их этической приемлемости. Имеем ли мы право причинять животным вред в ходе экспериментов лишь потому, что они имели несчастье родиться для исследований, а не домашними любимцами?

Будущее

69. Не равнозначен ли отказ от всех опытов на животных концу медицинского прогресса?
Наоборот! В прогрессивной медицине опытам на животных не будет места. В эпоху космических полетов и микроскопов мы до сих пор прибегаем к методам исследования XIX века, когда речь идет о медицине. Сегодняшняя медицина, которая основывается на вивисекции, уже не соответствует духу времени. Она слишком дорогостояща, во многих сферах откровенно опасна и неэффективна при большинстве болезней цивилизации. Она лечит в лучшем случае симптомы и неспособна понять истинные причины наших болезней, их психосоматические взаимосвязи, не говоря уже о том, чтобы предупредить их. Опыты на животных не только не способствовали медицинскому прогрессу, они зачастую мешали. Например, исследования в области рассеянного склероза в течение десятилетий шли в совершенно неверном направлении. Британские и австралийские ученые выяснили, что обычная имитация болезни на мышах абсолютно непригодна, и ее исследования задержались на много лет75. Неудивительно, что она до сих пор неизлечима.
Если мы полагаем, что отмена одного метода развалит все медицину, значит, мы недооцениваем изобретательность и находчивость ученых. История показала, что при закрытии одного пути всегда находится другой, обходной путь. Запрет рабства в южных штатах США не привел к упадку производства хлопка, вопреки предсказаниям тех, кто получал прибыль от рабства.
С отменой опытов на животных такие области науки как эпидемиология, профилактика, социальная медицина, а также исследования ин витро без животных вернутся на первый план и действительно будут двигать медицину вперед.

70. Если не на животных, то на чем же тогда тестировать?
В отличие от опытов на животных, современные методы исследования, не требующие животных, дают надежные результаты, применимые к людям. Правда, эти методы влачат жалкое существование в мере медицины и науки, который ориентирован на эксперименты. Часто они непривлекательны для молодых ученых. Работа с ними не выгодна для карьеры и не приносит достаточного количества грантов.
Федеральное правительство выделяет на поддержку исследований без животных примерно 3,5-4 миллиона евро в год72. Это смешной вклад по сравнению с суммами, которыми располагают исследователи, работающие с животными (см. вопрос 17). Вместе с тем, невзирая на минимальное финансирование, с помощью исследований, которые не требуют животных, уже достигнуты значительные успехи, и все больше ученых признают их потенциал.
Так, в 2008 году американские Служба охраны окружающей среды и Национальный институт здравоохранения объявили о своем желании в будущем тестировать химикаты и другие вещества с помощью автоматизированных клеточных систем и компьютерных моделей. Причинами тому стали плохая переносимость результатов, полученных на животных, высокая стоимость и большая продолжительность опытов на животных. При использовании роботов появляется возможность за один день протестировать многие тысячи вещества, в то время как при традиционных методах это длится годами и дает бесполезные результаты76.
Некоторые примеры методов исследования без животных

Методы ин витро
"Ин витро" означает "в пробирке" и противоположен "ин виво" - "по живому". Такие системы с культурами клеток и тканей, микроорганизмами, и кровью значительно дешевле, быстрее и, что самое главное, содержательнее и точнее, чем опыты на животных. Уже сегодня методы ин витро используются почти всех областях медицины. Они вошли в производство лекарств и тестирование химических веществ, исследование возбудителей болезней, создание и проверку вакцин, разработку лечения рака и СПИДа, проверку на чистоту растворов для инъекций, создание разных моделей для тестирования и многое другое.
Критику вызывает тот факт, что при работе ин витро часто используются животные летки и ткани, хотя для этого годятся культуры человеческих тканей, и они более оправданы с этической и научной точек зрения. Человеческие ткани и органы могут быть получены при анализе тканей, от трупов, плаценты, пуповины либо при хирургическом вмешательстве.

Культуры клеток
В области культур клеток разработано особенно много инвитровых методов. Для получения культур человеческих клеток, например, клеток печени, кожи, хряща или костного мозга, можно использовать клеточный или тканевый материал, который остается при операциях. Перманентные культуры клеток могут постоянно делиться и становиться канцерогенными. У них практически неограниченная жизнеспособность, то есть, при их использовании не требуется всякий раз получать новую ткань. Между тем в продаже имеются бесчисленные линии клеток для решения самых разных задач.
Некоторые методики работы с культурами клеток уже признаны официально. Так, тест EPISKIN с искусственной человеческой кожей используется для выявления раздражающего действия химических веществ на кожу, обычно это делают на кроликах и морских свинках.
С помощью так называемых совместных культур разных видов клеток можно даже "построить" в пробирке сложные структуры человеческого организма. Таким образом удалось представить человеческую кожу с разными ее слоями. Благодаря новейшим технологиям, в лаборатории можно смоделировать ткани сердца, печени, хряща, кровеносные сосуды даже в трех измерениях.

Бактерии
ДНК бактерий и высших живых существ в своей основе сходна. Такое положение вещей позволяет изучать генетические повреждения, а также производить фундаментальные исследования с помощью бактерий и дрожжевых клеток. Amestest, где объектом тестирования служат сальмонеллы, уже является стандартной составляющей "скрининга лекарств", в ходе которого отбраковываются вещества, вызывающие генетические нарушения. В тесте со светящимися бактериями способность этих микроорганизмов к свечению, которая дает возможность сделать выводы об обмене веществ. При введении раздражающих субстанций обмен веществ нарушается, что уменьшает способность к свечению.

Биореакторы
Производство моноклональных антител, которые имеют значение для диагностики и исследования онкологии, обычно происходило с помощью так называемой асцитной мыши. При этом мышам вводили в брюшную полость раковые клетки. В результате, у них начинался асцит, причиняющий им нестерпимую боль. Жидкость брали из живота для получения моноклональных антител. В 1980-е-90-е годы были разработаны биореакторы, с помощью которых антитела можно произвести ин витро. Сегодня в Германии производство моноклональных антител с помощью асцитной мыши запрещено, за исключением некоторых случаев.

Микро- или биочипы
Биочипы означают революцию в тестировании веществ. Благодаря автоматическому процессу, за самое короткое время можно проверить большое количество субстанций, и это будет надежно, быстро, дешево, а при использовании человеческих клеток ситуацию можно перенести на человека. Для опытов на животных верно обратное: они дороги, требуют много времени, их сложно воспроизвести, их результаты нельзя переносить на человека. Между тем сейчас уже существует целый ряд таких систем, называемых "лаборатория на чипе" (Lab-on-a-chip), для кожи, печени, легких, почек, кровяных сосудов, лимфатических узлов, нервных клеток; они бывают даже комбинированными, своего рода мини-организм. При этом с помощью микрочипа на системе крохотных проходов и камер, покрытых клетками разных органов, можно тестировать прием, распределение и метаболизм нового медикамента, почти как на живом организме. В любом случае, это более предсказуемо, чем организм другого биологического вида.

Токсикогеномика
Токсикогеномика - это новая отрасль науки, которая изучает изменение генов и протеинов в рамках одной клетки. Вследствие токсичных веществ в клетках меняются молекулярные механизмы, например, меняется определенное генами построение белка, и это можно измерить. Таким образом, вместо того, чтобы исследовать действие вещества исходя из изменений органов у животных, его действие выявляется в рамках одной клетки. Смежными сферами являются геномика (изучение генетики одной клетки и ее регулирование) и протеомика (изучение всех протеинов одной клетки).
Преимущество этих систем заключается прежде всего в том, что они поддаются автоматизации. Так называемый Microarrays, или генчип, позволяет анализировать молекулярные процессы тысяч отдельных клеток с помощью всего одного-единственного крошечного чипа.

Компьютерные технологии
Технически отработанные компьютерные модели могут дать информацию о структуре, действии и токсичности веществ, например, новых лекарств или химических препаратов. Через CADD (Computer Assisted Drug Development, разработка лекарств с помощью компьютера) можно очень четко представить поведение вещества в человеческом организме. Эти модели внедряются в фармацевтической индустрии, чтобы отбраковывать потенциально неэффективные или токсичные субстанции.
Компьютерные модели вроде QSAR (Quantitative Structure Activity Relationship) вычисляют на основе молекулярной структуры субстанции ее возможное действие. Virtual ToxicLab - это высокотехнологичный метод QSAR, с помощью которого можно симулировать взаимодействие веществ или химикатов с клеточными рецепторами, отвечающими за токсичную реакцию. Так можно предсказать возможное вредное действие. Компьютерные модели по сравнению с опытами на животных очень быстры, экономны и практичны. Разумеется, их основу составляет имеющаяся информация, которая загружается в компьютер. Их постоянно совершенствуют, чтобы восполнить пробелы.

Аналитические методы.
Ранее для анализа инсулина и других гормонов прибегали к бесчисленным опытам на животных, которые требуют значительных затрат времени и имеют большую норму погрешностей. В 60-е-70-е годы XX века были разработаны аналитические методы, которые гораздо практичнее и позволяют отказаться от экспериментов на животных.
Разные химические свойства веществ можно анализировать с помощью хроматографических методов. Таким образом, среди прочего, в Германии заменили на метод жидкостной хроматографии при высоком давлении (HPLC, high-pressure liquid chromatography) прежний мучительный тест на мышах, когда с их помощью проверяли моллюсков на содержащиеся в последних яды.

Методы, дающие изображение
Важные сведения в области фундаментальных исследований, касающихся человека, можно получить непосредственно при работе с пациентами, с помощью современных компьютерных устройств, дающих картинку (компьютерная томография, позитронная эмиссионная томография, томография на основе ядерного магнитного резонанса). При этом органы изображаются в виде общей трехмерной картины. При исследованиях мозга с помощью данного метода можно представить отдельные его области в процессе выполнения определенной работы. Таким образом можно выявить, например, активные клетки мозга, когда обследуемый человек запоминает картинки, слова или выполняет другие задания. Эти методы также годятся для исследования неврологических заболеваний и диагностики опухолей головного мозга.

Если кто-то до сих пор равнодушно защищает убой животных и опыты на животных, значит, он в своем человеческом развитии еще не изжил в себе какую-то часть каменного века. Феликс Ванкель (Felix Wankel, 1902-1988), изобретатель

Эпидемиология
Под эпидемиологией понимают наблюдения за населением, а также исследования определенных групп людей. Таким образом можно выявить связь между определенными болезнями и образом жизни, а также условиями, такими как питание, привычки и работа. Эпидемиология развилась из наблюдений за больными, страдающими инфекционными заболеваниями. В 19 веке удалось определить, что неудовлетворительные гигиенические и социальные условия становились причинами эпидемий тех времен. На основании информации, полученной в ходе эпидемиологических исследований, появилась возможность предпринять соответствующие меры. Например, таким способом были выявлены канцерогенные свойства табачного дыма и асбеста.
На основании эпидемиологических исследований было установлено, что основными причинами диабета, рака и сердечно-сосудистых заболеваний вроде инсульта, инфаркта и артериосклероза являются питание мясной и жирной пищей, недостаток движения, а также психосоциальные факторы.

Клинические исследования
Значительная часть сегодняшних медицинских знаний основывается на тщательных наблюдениях за больными людьми. Работа с пациентами позволяет сделать выводы, как пациенты реагируют на новое вещество, и имеет ли оно преимущество перед прежними методами лечения. Клинические исследования нужно проводить тщательно и осторожно, с согласия участников - последним они отличаются от опытов на людях.

Микродоза
Микродоза - это новый метод в области тестирования медикаментозных препаратов. При нем добровольцы получают очень маленькую дозу потенциального медикамента. Микродоза столь мала, что не оказывает никакого фармакологического воздействия на испытуемого человека и, таким образом, не может причинить ему вреда. А усвоение, распределение, метаболизм и выведение вещества изучают по моче и крови, используя высокочувствительные методы.

Вскрытия трупов
Вскрытия трупов проливают свет на возникновение заболеваний и изменения органов в результате болезни.

Имитаторы
Вплоть до 1990-х годов на свиньях и обезьянах имитировали последствия ДТП. Сегодня в испытаниях автомобиля на столкновение с препятствием используются манекены в натуральную величину, снабженные рецепторами.
Имитационные модели, такие как TraumaMan, нашли применение в области подготовки хирургов и в военной медицине. С их помощью можно в условиях, близких к реальным, отрабатывать приемы работы с переломами костей, ожогами, кровотечениями, огнестрельными ранами, оказание помощи раненым на войне или в результате несчастных случаев. Использование таких имитаторов приносит гораздо больше пользы, чем нанесение травм свиньям, собакам и козам.

По моему убеждению, вивисекция является наитягчайшим из всех тяжких преступлений, совершенных человеком против Бога и Вселенной.
Махатма Ганди (1869-1948), индийский политик, лауреат Нобелевской премии, 1913

71. Как следует относиться к использованию животных клеток, куриных яиц и т.д. как "альтернативы" вивисекции?
Использование материалов, для получения которых животные должны страдать или умирать, неприемлемо по этическим соображениям и, кроме того, сомнительно с научной точки зрения из-за проблемы переноса результатов. Целью должны быть исследования, предусматривающие полный отказ от животных или продуктов животного происхождения.

72. Как следует оценивать стратегию 3R?
В 1959 году зоолог Вильям Расселл (William Russell) и микробиолог Рекс Берч (Rex Burch) представили так называемую концепцию 3R. 3R означают:
Замена (replacement). Опыты на животных заменяются альтернативным методом.
Сокращение количества (reduction). Вместо традиционных экспериментов на животных внедряется метод, который снижает число подопытных животных.
Совершенствование (refinement). Меры, направленные на то, чтобы уменьшить страдания животных. Сюда же относится улучшение условий содержания.
Эта концепция основывается на предположении, что опыты на животных - рациональный метод. Она не предлагает отказа от экспериментов. Для противника опытов на животных пункты "сокращение количества" и "совершенствование" неприемлемы. Относительно приемлем только "replacement" ("замена"), но он подразумевает, что опыты на животных в принципе являются подходящим методом, и, к сожалению, для получения нужных результатов их надо заменить.
На самом деле опыты на животных отвергаются не только из этических соображений, но еще и потому, что тут речь идет о неправильном методе исследования, и полученные результаты нельзя переносить на человека. Философия трех R не учитывает этой критики с позиции науки. Кроме того, в научных кругах говорят об "альтернативных методах" либо "способах замены или дополнения". Но такие формулировки тоже вводят в заблуждение. Опыты на животных - это неприемлемый метод с точки зрения этики и науки. Не имеет смысла заменять или дополнять плохой метод. Таким образом, методы без животных не просто представляют собой замену или дополнение экспериментам на животных, но и, в отличие от последних, соответствуют критериям истинной науки.

73. Можно ли заменить все опыты на животных методами, не требующими животных?
Опыты на животных надо заменять в той же мере, что и Берлинскую стену. Многие эксперименты не нуждаются в замене, потому что они просто бессмысленны либо излишни. Сюда относятся прежде всего опыты в области фундаментальной науки. Эти в большинстве случаев бесцельные исследования служат в основном карьере отдельных ученых. Например, никому не надо знать, как функционирует мозг кошки, обезьяны или совы. Исследования такого рода можно отменить безо всяких замен.
В других сферах, например, в области проверки на токсичность и при разработке лекарственных препаратов, вместо опытов на животных можно вводить научные методы. Это, например, исследования ин витро (что означает "в пробирке"). Уже сейчас есть возможность ответить на большое число вопросов с помощью материи, не чувствующей боль, такой как культуры клеток и тканей. И их потенциал еще далеко не исчерпан (см. вопрос 70).
Таким образом, переход к методам без животных - это не просто замена, но и прогресс, по сравнению с опытами на животных.

74. Можно ли разрабатывать новые лекарства вообще без опытов на животных? Разве при проверке новых веществ не нужен целый организм?
Многие из сегодняшних методов работы с культурами клеток не могут точно показать, какова будет реакция организма, человека как единого целого. Но опыты на животных тут точно также не помогают. Какое значение имеет для нас реакция всего организма когда речь идет о совсем другом организме? Но если использовать, например, много различных методов ин витро с человеческими клетками и сочетать их со специальными компьютерными программами, можно получить гораздо более точную информацию, чем при опытах на животных, о том, как человек отреагирует на новое вещество.
Сегодня уже возможно сымитировать организм на силиконовом чипе. Крохотные камеры из стеклянных трубок, покрытые живыми клетками, выступают в роли отдельных органов. В искусственный организм вводят новое вещество, которое циркулирует по нему в питательном растворе. Теперь можно тестировать его действие на отдельные органы, его усвоение, а также обнаружить возможные токсичные продукты расщепления.

75. Почему признание методов исследования без животных длится так долго?
Прежде чем метод исследования без животных получит официальное признание и будет прописан в законе, он должен пройти валидацию. Таким образом проверяют его научную достоверность и надежность. При этом с помощью нового метода в разных лабораториях тестируют разные субстанции в соответствии с единым стандартом. Их результаты должны совпадать с результатами опытов на животных. Только тогда новые методы могут войти в официальные предписания. Этот процесс может длиться 10-15 лет или даже дольше.
Теоретически через данную процедуру должны были бы проходить и опыты на животных. Но на практике этого не происходит. Опыты на животных и методы исследования без таковых оценивают по разным стандартам. Методы ин витро после разработки и до применения для доказательства их научной ценности должны пройти через долгий и дорогой процесс валидации, в то время как для опытов на животных никогда ничего такого не требуется.
Эксперименты на животных без проблем принимаются учеными, политиками и законодателями, хотя их результаты не точны, ненадежны при воспроизведении и при переносе на человека. Таким образом, качество более новой системы тестирования измеряют устаревшим и опасным способом. Трудно добиться официального признания доя действительно содержательной инвитровой системы. Валидация с опытами на животных в качестве эталона не имеет смысла, разумно было бы сравнивать новые методы с известными данными из человеческой медицины.
Два примера.
С 1991 года ЕС предписывает так называемый биотест с мышью для тестирования водорослевого яда у моллюсков. При этом всякий раз пробы моллюсков впрыскивают трем мышам в брюшную полость. Если умирают две мыши из трех, улов считается токсичным, и его не допускают до продажи. Смертные муки животных могут длиться 24 часа. Мыши в мучениях задыхаются. Этот тест не только в высшей степени жесток, но и исключительно ненадежен. В Германии уже начиная с 1980-х годов используется жидкостная хроматография высокого давления, не требующая животных. К июлю 2011 года данный химико-аналитический метод, наконец, должен быть введен во всем ЕС. Согласно Комиссии ЕС, это спасет жизнь 300 тыс. мышам ежегодно. Тем не менее, новшество касается только водорослевого яда DSP (diarrhetic shellfish poisoning - яда, вызывающего понос). Для яда PSP (paralytic shellfish poisoning - вызывающего паралич), как и прежде, проводятся опыты на животных. Таким образом, Европейскому Союзу потребовалось больше 25 лет, чтобы официально признать тест, который уже давно практикуется в Германии и гораздо более надежен для потребителей, и даже это происходит с ограничениями.
Что касается растворов для внутривенного введения, вакцин и других субстанций, которые вкалываются в человеческий организм, их исследуют на содержание веществ, могущих вызвать повышение температуры. Их до сих пор тестируют на кроликах. За тем, поднимется ли у животных температура, наблюдают по многу часов. Во время тестирования животных фиксируют таким образом, что они не могут двигаться. Результаты ненадежны, потому что на температуру тела животных могут влиять неучтенные факторы, а при повторениях наблюдаются серьезные колебания. Пигорены, то есть, вещества, повышающие температуру, гораздо эффективнее тестировать на человеческих белых кровяных тельцах, взятых из крови добровольцев. При соприкосновении с компонентами бактерий, вызывающими повышение температуры, кровяные тельца выбрасывают сигнальное вещество интерлейкин-1?. Количество интерлейкина-1? измеряют. Этот тест был разработан в начале 1990-х годов в Университете Констанца. Несмотря на превосходные результаты разных валидационных исследований, его внедрение происходит медленно.
При внедрении, валидации и официальном признании методов без животных важную роль играют государственные учреждения, такие как ZEBET (Zentralstelle zur Erfassung und Bewertung von Ersatz- und Erg?nzungsmethoden - Центральное управление по учету и оценке заменяющих и дополняющих методов в Берлине) и его европейский эквивалент ECVAM (European Center for the Validation of Alternative Methods -Европейский центр валидации альтернативных методов в Испре, Италия). Одна из задач ZEBETа заключается в том, чтобы проводить в Организации экономического сотрудничества и развития (Organization fur wirtschaftliche Zusammenarbeit und Entwicklung - OECD) методы исследования, не требующие животных. В уставах OECD после многолетней валидации были приняты некоторые инвитровые тесты, например, тест на раздражение кожи и тест на определение токсичности субстанции под влиянием света (фототоксичность).
Валидации требуют только законодательно предписанные опыты на животных - на их долю в последние годы приходится лишь 15% всех экспериментов. Что касается тестирования лекарств и фундаментальных исследований - сфер, где проводится большая часть опытов - каждый экспериментатор может здесь по своему усмотрению использовать метод с животными или без них. То есть, гораздо большую часть всех экспериментов можно было бы сразу же остановить, не натыкаясь ни на какие ограничения в виде законодательства, потому что в данных сферах для методов без животных не требуется длительный процесс валидации. Этого не происходит потому, что работающие в таких сферах ученые не заинтересованы в новых методах (см. вопрос 29).

76. Могут ли вообще непрофессионалы участвовать в разговоре об опытах на животных? Не следует ли оставить эту область ученым и экспертам из соответствующей индустрии?
Ни в коем случае! Вопросы, качающиеся чувствительности животных, жестокости опытов либо использования их в качестве "научных" медицинских инструментов, не должны решать те, кто извлекает для себя из опытов на животных карьерную выгоду. Но даже в области науки эти так называемые эксперты вряд ли компетентны. Наука, которая заявляет своей целью сохранение нашего здоровья, не должна использовать совершенно непригодные методы работы, такие как животные модели человеческих болезней. При таком проведении исследования ситуацию невозможно переносить на человека.
Кроме того, не все ученые выступают за опыты на животных. Количество врачей и исследователей, которые критически относятся к вивисекции, неуклонно растет. В Германии и многих других странах тысячи медиков объединяются в общества, вроде "Врачей против опытов на животных". Опрос более чем 500 домашних врачей в Великобритании в 2004 году четко свидетельствует об отрицательном отношении медиков к опытам на животных. 82% считают, что опыты на животных ненадежны при переносе их результатов на человека, а 83% врачей выступают за проведение исследования, которое бы не зависело от опытов на животных77.
В научных журналах публикуется все больше критических статей. Например, там было упомянуто исследование британских университетских исследователей, что опыты на животных по причине своей малой содержательности могут подвергнуть опасности пациентов30.

77. Большая часть населения за опыты на животных или против них?
Интернет-опрос, проведенный Институтом рыночных исследований YouGov в Германии, Франции, Великобритании, Италии, Чехии и Швеции в начале 2009 года, четко показал, что значительное большинство населения отрицательно относится к опытам на животных. Из 7139 опрошенных взрослых (для Германии цифры в скобках) 79% (82%) требуют законодательного запрета всех опытов на животных, не имеющих непосредственного отношения к медицине. 84% (89%) опрошенных выступают за запрет всех экспериментов, которые связаны с причинением животным, независимо от их вида, серьезных страданий. 81% (85%) хотели бы запрета тех опытов, в ходе которых боль и страдания причиняются обезьянам. 80% (84%) выступают за публикацию сведений о проводимых исследований на животных.
В 2006 году Комиссия ЕС провела в рамках переработки европейской директивы по подопытным животным опрос более 40 тыс. граждан из 30 европейских стран, и он дал аналогичные результаты. Уверенное большинство опрошенных считают, что имеющихся документов в защиту животных недостаточно, и что действовать необходимо на политическом уровне. Примерно 75% оценивают уровень защиты животных в ЕВ и в своей стране как низкий либо очень низкий. 90% считают, что ЕС и правительства их собственных стран должны больше заботиться о защите животных. Опрошенные находят важной защиту лабораторных обезьян, собак, кошек (по 86%), кроликов (82%), морских свинок (80%), мышей (69%), лягушек (71%) и рыб (67%).
О других актуальных опросах по данной теме нам неизвестно.

78. Добились ли уже чего-то противники опытов на животных?
Да, уже очень многое достигнуто. Число опытов на животных, которые были зарегистрированы с начала ведения официальной статистики в конце 1980-х годов, неуклонно снижалось вплоть до 1997 года. После это низшей точки их количество опять возросло. Но самое главное заключается в том, что вообще стало возможно сокращение числа опытов на животных, пусть даже до определенного момента, что опыты на животных стали обсуждаться политиками и общественностью, что все больше ученых задумываются о других методах исследования, и все это произошло, только благодаря многолетней работе противников вивисекции.
В последние десятилетия сильно пошатнулась вера в медикаментозные препараты. Бесчисленные случаи, когда лекарство было признано безопасным при проверке на животным, а в случае с людьми приводило к трагическим осложнениям, серьезно подорвало миф о том, что с помощью опытов на животных можно разработать новые безопасные медикаменты.
Антививисекционное движение стало катализатором для разработки и внедрения клеточных культур и других методов, не требующих животных. Без неутомимой борьбы противников опытов на животных не было бы таких организаций как ZEBET (Центральное управление по учету и оценке заменяющих и дополняющих методов, Zenralstelle zur Erfassung und Bewertung von Ersatz- und Erg?nzungsmethoden, Берлин) и его европейского эквивалента ECVAM (Европейский центр валидации альтернативных методов, European Center for the Validation of Alternative Methods, г. Испра, Италия), двух институтов, которые успешно вводят в действие методы тестирования, не требующие животных. То, что сегодня на половине медицинских факультетов Германии можно учиться, не прибегая к опытам на животных, есть результат протестов студентов и антививисекционного движения.
За последние два десятилетия заметно возросла значимость вопросов защиты животных, в том числе и подопытных, на уровне государства и ЕС. Так, многолетняя работа антививисекционистов увенчалась появлением Директивы ЕС о косметике. С деятельностью движения связаны изменения законов, которые признают методы без животных, например, замена мучительного теста с пресноводными рыбами.
Этих успехов удалось достичь, благодаря колоссальным усилиям, и постоянно приходится иметь дело с серьезными неудачами. Для активного антививисекциониста процесс идет медленно, слишком медленно, потому что каждый день, каждую секунду очередные животные вынуждены страдать и бессмысленных, архаичных опытах на животных. Но движение есть. Лед тронулся, его уже невозможно остановить, и хочется верить, что в не очень отдаленном будущем цели удастся достигнуть.

79. Можно ли бойкотировать продукты, производство которых включало в себя опыты на животных?
Это осуществимо только в случае с косметикой. Белый список можно получить в организациях по защите животных. Но такой бойкот вряд ли осуществим в сфере лекарственных препаратов. К сожалению, из-за ряда постановлений практически не бывает лекарств, не тестированных на животных. И почти все лекарства, методы лечения, операционные приемы проходят проверку на животных. И практически все фармацевтические предприятия делают опыты на животных.
Тот факт, что почти все медикаменты были тестированы на животных, не свидетельствует об их необходимости и, вопреки заявлениям наших оппонентов, не означает, что противники вивисекции должны отказаться от всякого медицинского вмешательства.
Лучшее лекарство, способное предотвратить большую часть болезней цивилизации, - это здоровое вегетарианское, а еще лучше веганское питание вкупе с правильным образом жизни (отказ от наркотиков, отсутствие стресса, движение на свежем воздухе и т.д.).
Во многих сферах существуют разумные и эффективные альтернативы традиционной медицине: гомеопатия, акупунктура и другие природные методы оздоровления. Когда есть выбор, желательно отдавать предпочтение им.
Чтобы по возможности не поддерживать те фирмы, которые занимаются исследованиями и ставят опыты, есть вариант - обратиться к так называемым генерикам. Срок действия патента на лекарства истекает по прошествии 20 лет. Их покупают маленькие фирмы, которые сами не проводят исследования. Фирмы затем производят генерики (непатентованный аналог) по очень низкой цене. Когда мы покупаем копии лекарств, у нас есть два преимущества: мы не поддерживаем фирмы, которые проводят исследования, и мы потребляем препараты, которые используются уже как минимум 20 лет. В случае с такими медикаментами нежелательные сюрпризы, вроде серьезных побочных эффектов, менее вероятны. Вместе с тем, здесь не стоит обольщаться: генерики ранее проходили тестирование на животных. Кроме того, иногда производители генериков принадлежат фармацевтическим предприятиям, делающим опыты, как, например, компания Hexal - Novartis'у.
Полный бойкот всех веществ, проверенных на животных, практически невозможен. Дело в том, таким способом были тестированы не только медикаменты, но и все материалы, которые мы используем в повседневной жизни - краска ковров, пластмасса компьютера, пищевые добавки, встречающиеся в наших продуктах питания и даже в воде. Отказ от традиционных методов лечения лишь потому, что в какой-то момент времени ради них мучали животных, не поможет ни одному из них. Мы не в состоянии обратить время вспять и отменить уже проведенные опыты на животных, мы можем только позаботиться о том, чтобы они не происходили в будущем (см. вопрос 41).

Опыты на животных - это величайший и страшнейший культурный позор современности, с точки зрения морали и интеллекта они совершенно равнозначны безумной охоте на ведьм. Ни одна нация, которая допускает их, недостойна называться культурной нацией. Манфред Кибер (Manfred Kyber, 1880-1933), писатель

Жестокость к животным - это один из самых показательных пороков недалеких и неблагородных людей. Ее наличие служит верным признаком невежества и необразованности, и ее невозможно замазать с помощью богатства и великолепия. Жестокость к животным не может устоять перед истинным образованием или ученостью. Никакой народ не может произнести эти слова, не назвав самих себя простыми и неблагородными - с полным на то правом и в самом широком смысле.
Александр фон Гумбольдт (1769-1859), естествоиспытатель

80. Что может отдельный человек сделать против опытов на животных?
Для начала важно чтобы Вы как следует ознакомились с информацией об опытах на животных и могли аргументировано разговаривать с другими людьми. Беседуйте на эту тему с друзьями, родственниками, коллегами, сокурсниками и делитесь информационными материалами. Хорошим способом начать разговор с людьми является сбор подписей. Привлекайте внимание людей к этой теме с помощью наклеек на сумке, велосипеде, машине. А организациям, которые борются против опытов на животных, помогают пожертвования и членство.
Если Вы хотите стать активистом в этой области, можно действовать как член местной организации или как частное лицо. Раскладывайте информационные материалы в школах, университетах, церквях, городских и молодежных центрах, попросите разрешения у своего врача или ветеринара разложить в приемной документы против опытов на животных. Школьники могут устроить неделю проектов. Делайте информационные стенды, участвуйте в демонстрациях, пишите письма в правительство, министерства, а также в печатные СМИ, на радио и телевидение. По возможности откажитесь от косметических продуктов, которые были тестированы на животных. Пространство для деятельности тут почти неограниченно.
Здесь еще важно, чтобы Вы не сдавались из-за отсутствия ощутимого успеха. В отличие от защиты животных-компаньонов, где, например, количество пристроенных животных дает почувствовать краткосрочный успех, в борьбе против вивисекции требуется особенно большое терпение. Лишь благодаря непрерывному просвещению о жестокости, ненужности и опасности опытов на животных общественность сможет оказать такое влияние на политиков и индустрию, что, наконец, лобби в лице сторонников вивисекции не сможет более мешать законодательному запрету исследований на животных.


Источники

1 Bundesministerium fur Ernahrung, Landwirtschaft und Verbraucherschutz, www.bmelv.de, Stand vom 22.09.2010
2 Logistischer Alptraum (Interview mit F. P. Gruber). In: Der Spiegel (2003) 3, S. 132; und: Mouse massacre in labs. BBC Online, 06.05.1999
3 Jeschke, M. et al.: Exogenous liposomal IGF-I cDNA gene transfer leads to endogenous cellular and physiological responses in an acute wound. American Journal of Physiology. Regulatory, Integrative and Comparative Physiology (2004) 286, S. R958-R966
4 Schwarz, F. et al.: Comparison of naturally occurring and ligature-induced peri-implantitis bone defects in humans and dogs. Clinical and Oral Implantation Research (2007) 18, S. 181-170
5 Mayr, E. et al.: Radiographic results of callus distraction aided by pulsed low-intensity ultrasound. Journal of Orthopaedic Trauma (2001) 15(6), S. 407-414
6 Medina, E.: Murine model of polymicrobial septic Peritonitis using cecal ligation and puncture (CLP). Methods in Molecular Biology (2010) 602, S. 411-415
7 Richter, S.H. et al.: Environmental standardization: eure or cause of poor reprodueibility in animal experiments? Nature Medicine (2009) 6, S. 257-261
8 Koch, J.: M?bel fur die- Nager-Zelle. Der Spiegel (2003) 33, S. 132-133
9 Haemisch, A., S. Ott: Eigenwillig interpretiert (Leserbrief). Deutsches Tierarzteblatt (2010)8, S. 1039-1040
10 Balcombe, J. et al.: Laboratory Routines Cause Animal Stress. Contemporary Topics in Laboratory Animal Science (2004) 43, S. 42-51
11 Lindl, T. et al.: Evaluation von genehmigten tierexperimentellen Versuchsvorhaben in Bezug auf das Forschungsziel, den wissenschaftlichen Nutzen und die medizinische Relevanz. Altex (2001) 18(3), S. 171-178
12 Tierschutzgesetz in der Bekanntmachung vom 25. Mai 1998 (BGBl. I, S. 1105), geandert durch Berichtigung vom 25. Juni 1998 (BGBl. I, S. 1818)
13 Moralisch vertretbar. Weser Report 15.12.2004
14 Universit?t Bremen: Vertrauen in Forschung, http://www.kog-neuro.uni-bremen.de/images/091130_UniBremen_Sammelmappe-Broschuere.pdf, S. 2, Stand vom 12.12.2010
15 Trotzke, U. et al.: The influence of fasting on blood and plasma composition of herring gulls (Larus argentatus). Physiological and Biochemical Zoology (1999), 72(4), S. 426-437
16 Bundesministerium fur Ernahrung, Landwirtschaft und Forsten: Tierschutzbericht der Bundesregierung 1999. Drucksache 14/600, S. 67-76
17 Spielmann, H.: Alternativen zu Tierversuchen in der Toxikologie. In H.P Gruber/H. Spielmann (Hrsg.): Alternativen zu Tierexperimenten. Spektrum Akademischer Verlag, Heidelberg, Berlin, Oxford, 1996, S. 108-126
18 Arzte gegen Tierversuche: Finanzielle furderung von Tierversuchen. http://www.aerzte-gegen-tierversuche.de/images/pdf/forschungsfoerderung.pdf, Stand vom 15.03.2009
19 Deutsche Forschungsgemeinschaft: Herkunft und Verwendung der Mittel 2009. http://www.dfg.de/dfg_profil/evaluation_statistik/foerderstatistik/foerderentscheidungen/herkunft_verwendung_mittel/index.jsp, Stand vom 08.12.2010
20 Verband Forschender Arzneimittelhersteller e. V: Entwicklung des GKV-Arzneimittelmarktes 2009. http://www.vfa.de/de/wirtschaft-politik/entwicklung-gkv-arzneimittelmarkt-2010.html/entwicklung-gkv-arzneimittelmarkt-2009.html, Stand vom 30.11.2010
21 Bundesministerium fur Gesundheit: Kennzahlen und Faustformeln. http://www.bmg.bund.de/cln_178/nn_1168278/SharedDocs/Downloads/ DE/Statistiken/Gesetzliche-Krankenversicherung/Kennzahlen-und-Faustformeln/Kennzahlen-und-Faustformeln,templateld=raw,property= publicationFile.pdf/Kennzahlen-und-Faustformeln.pdf, Stand vom 30.11.2010
22 Wikipedia, http://de.wikipedia.org/wiki/Gesetzliche_Krankenversicherung, Stand vom 30.11.2010
23 Bundesregierung: Vorbeugung ist immer noch die beste Medizin, 10.05.2007. http://www.bundesregierung.de/Content/DE/Archiv16/Artikel/2007/05/2007-05-09-mehr-lebensqualitaet-durch-gesunde-ernaehrung-und-bewegung.html, Stand vom 30.11.2010
24 Haustein, K.-H.: Raucher leben gefaehrlich. http://www.aerzte-gegen-tierversuche.de/infos/gesundheit/129-raucher-leben-gefaehrlich, Stand vom 01.03.2007
25 Arznei oft ohne Wirkung. Neue Westfalische, 09.12.2003
26 Der Ausweg: Vorbeugen statt reparieren. Radiointerview, Bayerischer Rundfunk, 03.02.2005
27 Hobom, B.: Vernachlassigte Vielfalt im Mausegenom. Frankfurter Allgemeine Zeitung, 19.12.2001
28 von der Weiden, S.: Nur jeder 50. Tierversuch mit neuen Medikamenten ist auf den Menschen ?bertragbar. Die Welt, 17.05.2006
29 V?lkl, M., D. Labahn: Die Belastung der Versuchstiere nach Einsch?tzung der Antragsteller von Versuchsgenehmigungen - Forderung von Kriterien zur ethischen Rechtsanwendung. In: H. Sch?ffl et al. (Hrsg.): Forschung ohne Tierversuche. Springer-Verlag, Wien, New York, 1996, S. 395-405
30 Pound, P. et ai: Where is the evidence that animal research benefits humans? British Medical Journal (2004) 328, S. 514-517
31 Lindl, T. et al.: Tierversuche in der biomedizinischen Forschung. Altex (2005)22(3), S. 143-151
32 U.S. Food and Drug Administration Report: Innovation or Stagnation - Challenge and Opportunity on the Critical Path to New Medical Products (2004), S. 8
33 Locker, A.: Tierversuchsethik und der "Menschenversuch". Gedanken zum Umgang mit dem Tier Altex (2004) 21 (4), S. 221-226
34 Lindl, T, et al.: Evaluation von genehmigten tierexperimentellen Versuchsvorhaben in Bezug auf das Forschungsziel, den wissenschaftlichen Nutzen und die medizinische Relevanz. Altex (2001) 18 (3), S. 171-178
35 Howall, D.A.: Antivivisection (letter). British Medical Journal (1983) 286(6381), S. 1894
36 McKeown, T: Die Bedeutung der Medizin, Suhrkamp Verlag, Frankfurt/M., 1982
37 Krebsinformationsdienst des Deutschen Krebsforschungszentrums: Risikofaktoren. http://www.krebsinformationsdienst.de/Krebsvorbeugung/index.html, Stand 16.02.2007
38 Morton, D.M.: Importance of Species Selection in Drug Toxicity Testing. Toxicology Letters (1998) 102-103, S. 545-550
39 Entwicklung eines Medikamentes kostet eine Milliarde Euro. http://www. pressetext.de/pte.mc?pte=!00618012, Stand vom 18.06.2010
40 Traufetter, G.: Stunde der Mietmauler. Der Spiegel (2004) 46, S. 197-198
41 MSD in der Sackgasse - jahrelang Risiken von Vioxx verschleiert, arznei-telegramm (2004) 11, S. 117-118
42 Rosiglitazon (Avandia) vor dem Aus? arznei-telegramm (2010) 41(8), S. 77-78
43 Blech, J.: Die Abschaffung der Gesundheit. Der Spiegel (2003) 33, S. 116-128
44 Minutillo, B.: Plotzlich und unerwartet. ADAC motorweit (2005) 2, S. 40
45 WHO releases first global reference guide on safe and effective use of essentialmedicines. Weltgesundheitsorganisation, www.who.int, Pressemitteilung vom 04.09.2002
46 Bundesinstitut fur Arzneimittel und Medizinprodukte: Verkehrsfahige Arzneimittel im Zustandigkeitsbereich des BfArM, http://www.bfarm. de/cln_103/DE/Arzneimittel/4_statistik/statistik-verkf-am-zustBfArM. html?nn=1009778, Stand vom 15.11.2010
47 Schwelm, G.-H.: BfArM behindert Marktzugang? arznei-telegramm (2001)32(3), S. 33-34
48 Bundesinstitut fur Arzneimittel und Medizinprodukte: Ergebnisse der Zulassungs-/Registrierungsverfahren fur 2000. www.bfarm.de/de_ver/ arzneimittel/zulassungen/ Stand vom 18.09.2001
49 Schonhofer, P in der ZDF-Sendung "Fakt", 20.08.2001
50 Rofecoxib (Vioxx) u.a.: Aufstieg und Niedergang von Cox-2-Hemmern. arznei-telegramm 2004, 35(11), 126-130
51 van der Worp, H.B. et al: Can Animal Models of Disease reliably inform human studies? PLoS Medicine (2010) 7(3), e10000245. doi:10.1371/ Journal.pmed. 1000245
52 United States General Accounting Office: FDA Drug Review Postapproval Risks 1976-85. (1990) S. 3
53 Vioxx verursacht zehntausende zusatzliche Falle koronarer Herzerkrankungen. The Lancet, (2005) 365, early online publication
54 Schonhofer, P.S. etat: Unerwunschte Arzneimittelwirkungen: Patho-physiologie, Haufigkeit, Erfassung und Bedeutung fur die Risikoabwehr. DGPT-Forum (2001) 28, S. 15-19
55 Schnurrer, J. U. et al.: Zur Haufigkeit und Vermeidbarkeit von todlichen unerwunschten Arzneimittelwirkungen. Der Internist (2003) 44, S. 889-895
56 Wikipedia, http://de.wikipedia.org/wiki/Aids, Stand vom 15.11.2010
57 Katzenstein, TL.: Molecular biological assessment methods and under-standing the course of the HIV infection. APMIS Suppl. (2003) 114, S. 1-37
58 Bojak, A. et al.: The past, present and future of HlV-vaccine development: a critical view. Drug Discovery Today (2002) 7, S. 36-46
59 Kawamura, T. et al.: Candidate microbiocides block HIV-1 infection of human immature Langerhans cells within epithelial tissue explants. Journal of Experimental Mediane (2000) 192, S. 1491-1500
60 Rabin, R.L. et ai.: CXCR3 is induced early on the pathway of CD4+ T cell differentiation and bridges central and peripheral functions. Journal of Immunology (2003) 171, S. 2812-2824
61 Burne, J.: Danger Mouse. The Times, 30.07.2002
62 Erfolge in der Phantomwelt. Der Spiegel (1998) 6, S. 186-187
63 Blech, J.: Giftkur ohne Nutzen. Der Spiegel (2004) 41, S. 160-162
64 Leitzmann C, M. Keller: Vegetarische Ernahrung. Verlag Eugen Ulmer, Stuttgart, 2010. S. 150-165
65 Hahn, A.: Toxikologische Daten aus menschlichen Vergiftungsfallen als Ersatz zu Tierversuchen. In: H.P. Gruber/H. Spielmann (Hrsg.): Alternativen zu Tierexperimenten. Spektrum Akademischer Verlag, Heidelberg, Berlin, Oxford, 1996, S. 127-142
66 Weil, C.S., Scala, R.A.: Study of intra- and interlaboratory variability in the results of rabbit eye and skin Irritation tests. Toxicology and Applied Pharmacology (1971) 19, S. 276-360
67 Bitz, S.: The Botulinum Neurotoxin LD50 Test - Problems and Solutions. Altex (2010) 27(2), S. 114-116
68 Arzte gegen Tierversuche: Botox - Tierqual fur eine fragwurdige Schonheit. http://aerzte-gegen-tierversuche.de/infos/kosmetik-chemikalien/l%2017-botox-tierqual-fuer-eine-fragwuerdige-schoenheit, Stand 01.10.2010
69 Langley, G.: A regulatory Smokescreen. BUAV/ECEAE (2004), S. 9-10
70 International Agency for Research on Cancer: IARC classifies formaldehyde as carcinogenic to humans, Presseerklarung vom 15.06.2004
71 Rovida, C, T. Hartung: Re-evaluation of animal numbers and costs for in vivo tests to accomplish REACH legislation requirements for chemicals -a report by the transatlantic think tank for toxicology. Altex (2009) 26(1), S. 187-208
72 Bundesministerium fur Ernahrung, Landwirtschaft und Verbraucherschutz: Tierschutzbericht der Bundesregierung 2007. Drucksache 16/5044, S. 72
73 Schreiben von Thomas Kossendey, Parlamentarischer Staatssekretar, Bundesministerium der Verteidigung, an Rainer Erdel, MdB, 23.08.2010
74 Gericke, C. et ai.: SATIS-Studie '95 - Erfassung des Tierverbrauchs und des Einsatzes von Altemativmethoden im Studium an deutschen Hochschulen. Timona-Verlag, Bochum,1996, S. 27-38
75 Brain study challenges multiple sclerosis theory. New Scientist, 28.02.2004, S. 17
76 Davison, A.: Ein Ende aller Tierversuche? Technology Review, 10.03.2008
77 EFMA opinion poll shows GPs doubt vivisection. BUAV Campaign Report (2004) Winter issue, S. 21

Авторы

Доктор ветеринарной медицины Корина Герике (Corina Gericke) изучала ветеринарию в Ганновере и Гиссене. В 1994 году получила разрешение на работу в качестве ветеринара. Диссертация посвящена законодательству в защиту животных. Работала практикующим ветеринарным врачом в Англии. В 1984 года активно участвует в движении за права животных и против опытов на животных. С 2001 года научный работник организации "Врачи против опытов на животных".

Астрид Рейнке (Astrid Reinke) - ветеринар с дополнительной специализацией в области поведенческой терапии и акупунктуры. С 1999 года проводит занятия по защите животных и сосредотачивает основное внимание на содержании животных, их поведении и опытам на животных. Вторая специальность - преподаватель философии и педагогики в гимназиях и школах единой программы. Защитой животных занимается с 1976 года. С 2004 года референт организации "Врачи против опытов на животных".

Благодарность
Мы благодарим доктора медицины Вольфа-Дитера Хирша (Wolf-Dieter Hirsch), главного врача хирургического отделения в больнице Гримма (Krankenhaus Grimma), за дополнение к вопросу 58.

Ваш комментарий

Вернуться к началу

Наверх


ВАЖНО!

Гамбургер без прикрас
Фильм поможет вам сделать первый шаг для спасения животных, людей и планеты

А-уууу! Господин президент,<br> где же обещанный закон?
А-уууу! Господин президент,
где же обещанный закон?

ВНИМАНИЕ! В России<br> легализуют <br> притравочные станции!
ВНИМАНИЕ
Россия XXI
легализует притравку?!

ВегМарт 24-25 февраля, КЦ ЗИЛ
ВегМарт 24-25 февраля, КЦ ЗИЛ
Более 150 фото притравки<br> переданы ВИТОЙ<br> Бурматову В.В.<br> в Комитет по экологии Госдумы
ПРИТРАВКА
ПОЗОР РОССИИ

Грязная война против Российского Движения за права животных
Грязная война против
Российского Движения
за права животных
Восстанови Правосудие в России
Истязания животных
в цирках
1.5 млн подписей переданы президенту
1.5 млн подписей
за закон
переданы президенту

Ирина Новожилова: «Сказка про белого бычка или Как власти в очередной раз закон в защиту животных принимали»<br>

«Сказка про
белого бычка»
Год собаки в России
Год собаки в России
Веганская соцреклама<br> - впервые в России!
Веганская соцреклама
- впервые в России!
Концерт <br>за права животных<br> у Кремля «ЭМПАТИЯ»<br> ко Дню вегана
Концерт у Кремля
за права животных

Цирк: иллюзия любви. Фильм
ВПЕРВЫЕ <br>Веганская соцреклама<br> «Животные – не еда!»<br> ко Дню Вегана
ВПЕРВЫЕ
Веганская соцреклама
«Животные – не еда!»
ко Дню Вегана
ЖЕСТОКОСТЬ И БЕЗЗАКОНИЕ
ХОТЯТ УЗАКОНИТЬ
В РОССИИ:
Требуем внести запрет притравочных станций в Федеральный Закон о защите животных<br>
ПРИТРАВКА

За кулисами цирка - 1
За кулисами цирка
За кулисами цирка - 2
За кулисами цирка 2
Контактный зоопарк: незаконно, жестоко, опасно
"Контактный зоопарк"
ЭКСТРЕННО! Требуем принять Закон о запрете тестирования косметики на животных в России
Петиция за запрет
тестов на животных

Причины эскалации жестокости в России
Причины эскалации жестокости в России

Жестокость - признак деградации
Жестокость - признак деградации

«Что-то сильно<br> не так в нашем<br> королевстве»<br>
«Что-то сильно
не так в нашем
королевстве»

Веганская кухня
Веганская кухня
Китай предпринимает<br> шаги к отказу<br> от тестирования<br> на животных
Китай предпринимает
шаги к отказу
от тестирования
на животных

Джон Фавро и диснеевская<br>«Книга джунглей»<br> спасают животных<br>
Кино без жестокости к животным

Первый Вегетарианский телеканал России - 25 июля выход в эфир<br>
Первый Вегетарианский телеканал России
25 июля выход в эфир

Биоэтика
Биоэтика

Здоровье нации
Здоровье нации. ВИДЕО

Спаси животных - закрой цирк!<br> Цирк: пытки и убийства животных
15 апреля
Международная акция
За цирк без животных!

Ранняя история Движения против цирков с животными в России. 1994-2006
Лучший аргумент
против лжи циркачей?
Факты! ВИДЕО

Российские звёзды против цирка с животными (короткий вариант) ВИДЕО
Звёзды против цирка
с животными - ВИДЕО

За запрет жестокого цирка
Спаси животных
закрой жестокий цирк

Контактный зоопарк: незаконно, жестоко, опасно
Контактный зоопарк: незаконно, жестоко,
опасно

День без мяса
День без мяса

Автореклама Цирк без животных!
Спаси животных
- закрой цирк!

Бразильский Карнавал: жестокость к животным ради веселья людей
Бразильский Карнавал:
жестокость к животным

Поставщики Гермеса и Прада разоблачены: Страусят убивают ради «роскошных» сумок
Поставщики Гермеса и
Прада разоблачены

Авторекламой по мехам! ВИДЕО
Авторекламой по мехам

Здоровое питание для жизни – для женщин
Здоровое питание
для жизни –
для женщин

Освободите Нарнию!
Свободу Нарнии!

Веганы: ради жизни и будущего планеты. Веганское движение в России
Веганы: ради жизни
и будущего планеты.
Веганское движение
в России

Косатки на ВДНХ
Россия - 2?
В
Цирк: новогодние пытки
Марш против скотобоен
Марш против скотобоен
ПЕТИЦИЯ
Чёрный плавник
на русском языке
Россия за запрет притравки
Яшка
Российские звёзды против цирка с животными
Впервые в России! Праздник этичной моды «Животные – не одежда!» в Коломенском
Животные – не одежда!
ВИТА: история борьбы. Веганская революция
экстренного расследования
Россия, где Твоё правосудие?
Хватит цирка!
ПЕТИЦИЯ о наказании убийц белой медведицы
Россия, где правосудие?
Впервые в России! Праздник этичной моды «Животные – не одежда!» в Коломенском
4 дня из жизни морского котика
Белый кит. Белуха. Полярный дельфин
Анна Ковальчук - вегетарианка
Анна Ковальчук - вегетарианка
Ирина Новожилова:
25 лет на вегетарианстве
История зелёного движения России с участием Елены Камбуровой
История зелёного
движения России
с участием
Елены Камбуровой
 Спаси дельфина, пока он живой!
Спаси дельфина, пока он живой!
Вечное заключение
Вечное заключение
Журнал Elle в августе: о веганстве
Elle о веганстве
Россия за Международный запрет цирка
Россия за Международный запрет цирка
Выигранное
Преступники - на свободе, спасатели - под судом
Океанариум подлежит закрытию
Закрытие океанариума
Закрыть в России переездные дельфинарии!
Дельфинарий
Спаси дельфина,
пока он живой!
Ответный выстрел
Ответный выстрел
Голубь Пеля отпраздновал своё 10-летие в составе «Виты»
Голубь Пеля: 10 лет в составе «Виты»
Проводы цирка в России 2015
Проводы цирка
Россия-2015
Цирк в Анапе таскал медвежонка на капоте
Цирк в Анапе таскал медвежонка на капоте
Девушка и амбалы
Девушка и амбалы
Hugo Boss отказывается от меха
Hugo Boss против меха
Защити жизнь - будь веганом!
Защити жизнь -
будь веганом!
Земляне
Земляне
Деятельность «шариковых» - угроза государству
Деятельность «шариковых»
- угроза государству
Почему стильные женщины России не носят мех
Победа! Узник цирка освобождён!
Океанариум - тюрьма косаток
Защитники животных наградили Олега Меньшикова Дипломом имени Эллочки-людоедки
НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ:
Меньшиков кормил богему мясом животных из Красной книги - Экспресс газета
Rambler's Top100   Яндекс цитирования Яндекс.Метрика
Copyright © 2003-2017 НП Центр защиты прав животных «ВИТА»
E-MAILВэб-мастер